Курсант. Назад в СССР 7

Уж, конечно, его неявка нам дело осложнила, но что тут сделаешь, заменили временно вторым составом.

Он вздохнул, будто долго читал лекцию и уже устал.

– Потом Дицони явился и сказал, что его милиция задержала, и он ночь провел в КПЗ. Мы конечно, подумали, что брешет, но он справку какую-то предоставил. С печатью. Что действительно был задержан.

– Хм-м… Странно. Московская милиция не знала, кого задерживает?

– В том-то и дело, справка была с печатью не столичной, а из Зеленоярска.

– Ого… Так это же километров триста-четыреста от Москвы.

– Вот там-то Артура Дицони никто и не знает. Местные милиционеры его и сцапали.

– Спасибо, не густо, – разочарованно поморщился я.

– Так вы не будете проверять эту информацию? – с некоторым возмущением воскликнул худрук.

– Вряд ли. Мало ли, за что его там задержали. За какое-нибудь мелкое хулиганство, скорее всего.

Чернопольский с хитрым видом покачал головой и даже как-то вздохнул – мол, боже, какие плоские фантазии.

– Нет, – Валентин Савельевич действительно будто оскорбился моим предположением, – Вы не знали Артура.

Он слишком себя любил и никогда до пьяного дебоша не опускался. – Говорят, там скверная история с ним приключилась. В этом самом Зеленоярске.

– Какая?

– Вы же из милиции, а не я… Вот и узнайте. Только после возвращения из Зеленоярска Дицони сам не свой был почти неделю. Уж не знаю, что там с ним приключилось, он никому не рассказывал.

– Спасибо, Валентин Савельевич, мы обязательно проверим этот факт.

* * *

– Привез? – Горох встретил Каткова пытливым взглядом.

Тот, раздувая щеки и борясь с одышкой после преодоления ступенек, вошел в кабинет, радостно размахивая портфелем.

– Так точно, Никита Егорович, на Пятницкую в НИИ смотался, заключение забрал.

– Быстро они состряпали, – одобрительно закивал следователь. – Два дня только прошло. Могут, когда хотят. Ну давай уже, доставай, что там медики написали.

Горохов чуть ли не выхватил из рук криминалиста бумаги, отлистал в конец документа и жадно пробежал глазами вывод:

– Все так, как при предварительном осмотре.

Причина смерти – колото-резаное повреждение грудной клетки с повреждением левого желудочка. Удар однократный, с погружением однолезвийного клинка в объект на глубину чуть более двадцати сантиметров. А это значит, что рука убийцы твердая. Есть силушка.

– А что насчет живота? – спросил я.

– Порез поверхностный. Без проникновения в брюшную полость.

– Жаль, – сокрушался Погодин.