Кречет 2

 – Когда на нас напали мертвяки, ты сам первый заорал, что надо бежать! Я может быть и остался бы, но после того, как ты рванул в кусты, понял, что одному мне в любом случае не справиться. Кречет прав. Ты не хищник, ты никчемный… Прости, что так вышло, но я должен тебя убить.

– Нет! – заорал долговязый и бросился на Хэнка размахивая топором.

Бах! – грянул выстрел, и картечь разворотила лицо Каланче. Его зубы, глаза и язык разлетелись на кусочки. Он даже не смог закричать, а лишь захрипел и завалился на траву.

– Прости, друг. Я думал в обрез заряжена пуля.

Каланча что-то хрипел. Слова по интонации отдаленно напоминали: “Добей, добей”. Но без языка и без зубов трудно говорить.

– Прощай, – сказал Хэнк и, выхватив нож, ударил друга в сердце. Тот дернулся и затих.

Коренастый выдернул нож, обтер его о рубаху убитого и подошел ко мне:

– Я выполнил твой приказ, Кречет. Я прошел испытание?

– Нет, – ответил я и размозжил его голову березовой дубиной.

Удар получился мощный с разворотом. В этот раз бить мне никто не мешал, и дубина точно врезала по виску, раскроив кость. От такого удара один глаз бородача выскочил из орбиты и повис на жилке. Хэнк удивленно вздохнул напоследок и замертво упал на землю…

– Ну вот, – проговорила Лилия. – А говоришь, что я должна верить в людей…

Я нагнулся к трупу бородача и задрал повыше рукав его грязной джинсовой рубахи. На его предплечье красовалась татуировка: перевернутая пятиконечная звезда в круге.

– Это не люди, – сказал я. – Это апостолы…

– Как? – удивилась Лилия.

– Наверное, они нацепили лохмотья и прибились к беженцам еще вчера. Я не узнал их и прикрепил к этой группе. Сегодня, как только запахло жаренным эти выродки сбежали, а услышав выстрелы, вернулись и засели в кустах. Думали, что смогут чем-нибудь поживиться, например, пистолет у меня забрать, когда меня сожрут. Но мы выжили, и Хэнк понял, что с нами выгоднее дружить. Но я заметил его татуировку, когда он вышел на поляну и махнул рукой.

– А если бы они оказались не апостолами, – спросила Лилия. – Ты бы их отпустил?

– Нет, – ответил я. – Я поступил бы точно также.

– Страшный ты человек, Кречет, – улыбнулась Лилия, – такой же, как и я…

В далеке раздались крики. Они доносились со стороны нашей группы.

– Черт! – воскликнул я. – Похоже на наших тоже напали!

Я подхватил трофейное оружие: обрез с несколькими патронами, нож, топор и рванул за Лилией.