Вынужденная игра

«Зничество содержит довольно много запретов и ограничений, особенно для женщин, мы с сестрой воспитывались в несколько более свободном духе, но совсем скоро одной из нас предстоит стать вашей женой и перейти в вашу веру, но для чего нужен этот переход, если Донотор отошел от религии?»– пояснила вопрос сестры Дарьяна. «Все религии во многом строятся на запретах»,– заметил принц Ладислаус: «И для мужчин их в зничестве, поверьте, не меньше». «Однако поскольку в Доноторе принято чтить традиции, то правило о котором вы спросили вполне закономерно»,– высказался принц Ласло.

Одновременно с последними словами принца Сташинского свет в призамковом храме погас, а воздух начал затуманиваться дымкой благовоний. «Сейчас будет ритуал благословения»,– переменив тему, негромко прокомментировал Ладислаус: «Поэтому давайте пока оставим спор и просто посмотрим». «Уверен: вам понравится, во всяком случае меня этот обряд завораживает заново каждый раз»,– поделился мнением доноторский принц.

***

Несколькими часами позже

«Это еще что такое?»– недоуменно указала взглядом на насыщенно-голубое облегающее платье в пол Дарьяна.

Впрочем, несмотря на яркий оттенок, назвать платье голубым можно было лишь, как следует, приглядевшись, так как ткань, из которой оно состояло, была очень и очень тонкой. Мелкие стразы и драгоценные камни, почти вплотную покрывающие лиф, а также щедро украшающие верх и подол юбки, оставляли фактически полностью открытыми ноги. Руки же и вовсе ничего не закрывало, поскольку, несмотря на то, что рукава по длине достигали пола, они были довольно сильно приспущены, оставляя плечи обнаженными, лишь слегка украшены стразовым узором, а также имели широкие разрезы, начинающиеся от подмышек.

Одним словом, платье, хотя формально и соответствовало требованиям, предъявляемым к женским бальным нарядам, выглядело скорее как костюм танцовщицы, пусть и выполненный со вкусом.

«Подарок от королевской семьи Сташинских»,– почувствовав недовольство госпожи, робко ответила ее камеристка Камилла: «Доставлено лично графом Архаровым, он очень просил вас появиться в нем на балу».

«Сташинские что же думают, будто у нашей семьи нет денег на пошив бальных платье, и соответственно можно дарить какую угодно непристойность?»– не к кому не обращаясь, возмущенно произнесла Дарьяна. «Думаю, они просто обозначили свой выбор»,– возразила ей маркиза Бенедикта, предварительно жестом отослав прочих фрейлин и прислугу.