Будешь Борзовой!

– Я только потрогаю! – в ответ на мой ошарашенный вид сообщила Ленточка с совершенно невменяемым взглядом.

– Сядь на место! – убираю с себя ее руки, готовый взвыть от несправедливости такой.

Будь она не в таком состоянии, я бы не только потрогать дал, а еще и попробовать! Зеленые глаза по-кошачьи щурятся, и ее горящего взгляда, переполненного похотью, я завожусь еще больше.

– Ну, почему ты такой злой, Мирон! – шепчет Ленточка, щекоча дыханием мою щеку.

От моего имени, произнесенного с придыханием этими соблазнительными губами, по позвоночнику стремительно растекается горячая лава, собираясь в огненный вулкан в паху.

Ленточка проводит острыми ногтями по моей шее, спускаясь к кадыку, и я судорожно сглатываю от ее кошачьих повадок, меня ведет, и я теряю способность трезво мыслить.

Пришлось снизить скорость до уровня улитки, погоняющей черепаху.

– Р-р-рон! – рычит на меня стерва, вцепившись в волосы руками.

– Лена, успокойся! – прошу я без особой надежды, что послушает.

Мне приходится спешно парковаться на обочине, потому что стерва перекидывает ноги через подлокотник, сверкая прозрачными трусиками, и через секунду уже усаживается на мне верхом.

Паркурщица хренова!

– Хочу тебя, – снова опьяняет меня запахом своей кожи несносная девчонка, полируя своей шикарной задницей мои бедра.

Сгребаю ее в охапку, собираясь вернуть на место, но руки как прилипли на ее тонюсенькой талии, которую я целиком обхватил ладонями.

Здравый разум посылает меня на хер, говоря, что потом разберемся и с этим.

Мои руки сами собой, на уровне рефлексов, опускаются на ее упругую задницу, сдавливая ягодицы между собой. Из развратного рта вырывается хриплый стон вожделения, отправляя по мне новую волну огненной лавы. Самое охрененное, что я когда-либо слышал!

– Хочу тебя! Пожалуйста! – снова повторяет Ленточка, и меня разрывает от понимания, что завтра она и не вспомнит о том, что просит сейчас.

– Не ты… – пытаюсь остановить возбужденную препаратами Ленточку.

Но как это возможно, если моя твердая эрекция прямо между ее ног, и сквозь тонкую ткань ее трусиков я чувствую, какая она горячая там и влажная.

Черт!

Сжимаю ее охрененную задницу и заставляю прокатиться, по налившемуся до предела члену. Мозг окончательно дуреет от закипающей в ушах крови, кубарем уносящейся в пах. Какая, к черту, разница уже, если каждое движение ее бедрами выжигает искры в затылке, а член будто с ней на пару облопался стимуляторов и чугунной башкой оттягивает шорты.