Тайны Парижа

– В таком случае вот что, – сказал молодой человек вне себя, – у меня есть оружие здесь… будем драться сейчас, если вы согласны.

Гонтран пожал плечами.

– Вы забываете, что ни у вас, ни у меня нет свидетелей, что я в вашем доме и что меня могут счесть за убийцу. Завтра, завтра!

Маркиз нетерпеливым жестом приказал Леоне выйти, затем вышел и сам следом за нею, оставив Октава де Верна опьяневшим от ярости.

На улице Леона обернулась к де Ласи, следовавшему за нею, и с мольбою взглянула на него.

– Гонтран, – прошептала она, – я теряю рассудок… Ах, если бы вы знали!

– Я ничего не хочу знать, сударыня, – ответил он, – возьмите меня под руку.

Леона дрожа оперлась на его руку. Они дошли так до улицы Шоссе д'Антэн, не сказав ни слова; у двери своего дома Леона еще раз умоляла Гонтрана выслушать ее. Но он нетерпеливым жестом остановил ее, сказав:

– Я ничего не хочу знать, сударыня. Я уже сказал вам это. Идите к себе, я запрещаю вам выходить из дому.

Де Ласи отправился к полковнику.

– Завтра, – сказал он ему, – я дерусь в семь часов утра, в лесу: оружие – шпаги и пистолеты. Вы будете моим секундантом.

– Нет, – ответил полковник, – завтра вы узнаете, почему я отказываюсь. У меня приготовлены для вас секунданты.

– Леона у себя дома, – сказал Гонтран.

– Вы бесповоротно осудили ее?

– Да. Эта женщина должна умереть тотчас же после нашего поединка.

– Это ваше дело. В таком случае, дорогой мой, позвольте мне посоветовать вам принять некоторые предосторожности.

– Вы правы, – ответил Гонтран тоном судьи, произносящего смертный приговор, – но сначала я хочу убить да Верна.

– Таково и мое мнение, – согласился полковник.

Если бы Гонтран де Ласи согласился выслушать Леону, то на следующее утро дуэль бы не состоялась.

XII

Маленькие города падки до новостей, и происходит это из любопытства, порождаемого праздностью.

В Б… супрефектуре Нидры, вся буржуазия и знать, до мэра и супрефекта, владевшего там великолепной дачей, включительно, были заинтересованы приездом в их город иностранца.

Почтовая карета подкатила к гостинице «Красный орел», самой лучшей в городе; из нее вышел молодой человек лет двадцати семи-восьми, красивый, с прекрасными манерами; он приехал в сопровождении двух великанов лакеев, одетых в ливреи с галунами и называвших молодого человека просто «господин маркиз».