Маргарита Валуа: Прелестная ювелирша. Любовница короля Наваррского

Затем Пибрак осторожно вытащил пробку – при этом блеснул маленький луч света – и сказал принцу:

– Смотрите!

Генрих прижался глазом к отверстию и замер, ослепленный представившимся ему зрелищем. Маргарита Валуа сидела лицом к принцу перед большим зеркалом полированной стали. Две хорошенькие камеристки причесывали ее. Генрих слышал много рассказов о красоте Маргариты, но то, что он увидел, значительно превосходило все его ожидания. Принцесса показалась ему такой красивой, что в нем одновременно вспыхнуло два желания: одно – стать лицом к лицу с герцогом Генрихом Гизом, имея в руках шпагу, а в зубах кинжал; другое – свернуть шею этому болтуну Маликану, который делал столь компрометирующие намеки на отношения Генриха Гиза с этой дивной красавицей.

Появление нового лица в комнате принцессы отвлекло Генриха от созерцания красоты Маргариты. Этим новым лицом была женщина, которая казалась олицетворением страсти, энергии и властолюбия.

Видно было, что королева находилась в сквернейшем настроении.

Она кисло сказала дочери:

– Хорошо быть такой молодой и красивой, как вы, милочка! По крайней мере, можно не думать с утра до вечера ни о чем, кроме туалетов!

– Когда я стану королевой, – с очаровательной улыбкой ответила Маргарита, – тогда я буду вмешиваться в политические дела, а пока…

– Ты скоро станешь королевой, дочь моя!

Принцесса вздрогнула, улыбка сразу сбежала с ее лица.

– Но это еще не решено, надеюсь! – сказала она.

– Это решено, – возразила мать. – Так хочет политика!

Принцесса сильно побледнела и взволнованно сказала:

– Значит, мне придется выйти замуж за принца Наваррского? Да ведь это какой-то мужлан, недотепа, пастух, от которого разит чесноком и луком!

– Дурочка! – шепнул Генрих.

– Значит, придется жить в Нераке, – продолжала Маргарита, – в старом, развалившемся замке, где дует изо всех дверей и крыша протекает?

– На те деньги, которые принц получит в виде твоего приданого от короля, – холодно возразила королева, – он будет в состоянии заново перестроить замок!

– Жить в Нераке, среди неотесанного мужичья, слушающего проповеди! – продолжала отчаиваться принцесса.

– Тебе построят там хорошенькую католическую церковь! – возразила королева.