Маргарита Валуа: Прелестная ювелирша. Любовница короля Наваррского

Поэтому он ответил по-беарнски:

– Чем угодно, прелестное дитя мое!

Девушка вздрогнула, покраснела от удовольствия и крикнула:

– Эй, дядя, земляк!

На этот крик из глубины зала выбежал маленький человек лет пятидесяти. Протягивая руку принцу, он спросил:

– Вы беарнец?

– Да, хозяин. Я из По.

– Черт возьми! – крикнул трактирщик. – Здесь, в Париже, все земляки – братья мне! По рукам! Эй, Миетта! – обратился он к девушке в красной юбке, продолжая говорить на родном языке. – Принеси-ка нам бутылочку того доброго кларета, который стоит там в углу… Знаешь?

– Еще бы! – смеясь, ответила девушка.

– Так же, как и швейцарцам, французам и прочей нечисти, – добавил трактирщик, подводя принца к столику и без церемоний усаживаясь против него. – Простите меня, – продолжал он, – я отлично вижу, что вы – дворянин, тогда как я простой кабатчик. Но в нашей стране дворяне не кичливы, не так ли?

– И все порядочные люди одного происхождения! – ответил принц, крепко пожимая руку трактирщика.

– Странное дело, – сказал последний, в то время как Миетта расставляла на столе оловянные кружки и запыленную бутылку с длинным горлышком, – чем больше я смотрю на вас… Надо вам сказать, что в молодости я пас стада в Пиренеях поблизости от Коарасса и нередко встречал красивого дворянина… Ну а другого такого пойди-ка сыщи!.. Это было лет двадцать тому назад, но я мог бы подумать, что это вы сами и были, если бы…

– А кто же был этот дворянин? – спросил Генрих, который при первых словах трактирщика вздрогнул, а теперь улыбался, овладев собой.

– О, это был большой барин… – При этих словах кабатчик случайно взглянул на правую руку принца и сейчас же встал, почтительно снимая свой берет. – Хотя ваша честь и одета в камзол грубого сукна, словно мелкопоместный дворянин, – продолжал он, – но… это ничего не значит!

Принц беспокойно оглянулся на ландскнехтов, которые продолжали спокойно играть в кости.

Кабатчик, очевидно, понял этот взгляд, потому что сейчас же надел свой берет и снова уселся на место.

– У этого барина было на пальце кольцо, – продолжал он на беарнском наречии. – Однажды в дождь он укрылся в нашей хижине. Вот он и показал это кольцо мне и моему отцу, сказав: «Друзья мои, посмотрите на это кольцо. Я сниму его, только умирая, и тогда отдам сыну.