Бал жертв

При свете фонарей директор приметил, что эти трое были в масках и в широких плащах. Директор вспомнил безымянное письмо, которое он получил утром и в котором его предупреждали, что его хотят убить.

«Я погиб!» – подумал Баррас. Но он был храбр, и ему хотелось умереть достойно.

Все это совершилось без шума, и никто из троих похитителей не проронил ни слова. Как только дверца затворилась, возница стегнул лошадей, и карета понеслась. Один из похитителей выхватил из-за пояса кинжал. Луч от фонаря, упавший на лезвие, заставил сталь бросить искру.

– Милостивый государь, – нарушил молчание похититель, – теперь вы можете кричать, вас не услышат. А так как мне нужно поговорить с вами, вам развяжут рот.

Директор узнал голос Каднэ. Сообщник этого последнего тотчас развязал платок.

– Ах ты негодяй!.. – вскричал Баррас.

– Ш-ш! – остановил его Каднэ. – Не бранитесь, или, клянусь честью дворянина, я воткну вам в грудь эту вещицу.

– Меня предупреждали… – прошептал Баррас.

– И да, и нет. Да, если вы будете сопротивляться… Нет, если вы покоритесь обстоятельствам.

– Какие же это обстоятельства? – с насмешкой спросил Баррас.

– Любезный гражданин директор, – возразил Каднэ, – до Парижа нам предстоит довольно большая дорога, и я подумал, что вежливость требует освободить вас от этих веревок. Но вынужден заметить, что, если вы попытаетесь бежать, мы должны будем прибегнуть к крайним средствам.

Когда с Барраса сняли веревки, Каднэ продолжил:

– Ну а теперь побеседуем.

– Охотно, – презрительно сказал Баррас.

Директор был человек хладнокровный и понял, что всякое сопротивление будет бесполезно.

– Я вам говорил, что мы едем в Париж, – продолжал Каднэ.

– Неудачное вы выбрали время, – с насмешкой заметил Баррас.

– С первого взгляда – да, потому что мы увезли вас с праздника, который вы даете…

– И, конечно, мое отсутствие будет скоро замечено.

– Вы думаете? – с иронией спросил Каднэ.

– И полиция догонит нас и освободит меня.

Из-под маски Каднэ послышался смех.

– Послушайте, господа, – сказал Баррас, – в эту самую минуту вы сильно рискуете своими головами.

– О! Мы это знаем.

– Вы хорошо сделаете, если убьете меня сейчас.

– Нет, – сказал Каднэ.

– Раз так, то я буду освобожден…

– Кем?

– Полицией.

– Полиция, любезный директор, занимается политическими делами, а не вашими любовными интригами.