Неприличный диагноз

Впрочем, нет – даже на четвертом. Потому что была у дяди Миши еще одна слабость. В трезвое время жизни дядя Миша любил возиться со своим мопедом «Верховина», который перманентно находился у него в ремонте.

– Магнето есть у кого ненужное, не знаешь, а? – спрашивал он время от времени каждого встречного. – А то мое искру чо-то не дает. Вот поставлю новое магнето и на рыбалку на нем махну. На днях, наверное, поеду.

Понятно, что магнето в данном случае – это понятие собирательное. В зависимости от текущей потребности вместо магнето вполне могла быть головка цилиндра, ведущая шестерня или какая-нибудь храповая муфта.

А «на днях», оказавшись в компании селян, он снова бросал свой клич: – Ребят, может, у кого тросик газа завалялся лишний, а то у меня что-то лопнул? В райцентр на днях задумал ехать, а тут трос, итить его, возьми да и лопни.

Но никто так никогда и не видел дядю Мишу верхом на «Верховине», ни «на днях», ни «после дождичка в четверг», ни даже после «морковного заговенья» потому, что, несмотря на все его усилия, чудо-техника самостоятельно с места трогаться отказывалась.

В свободное же от дегустаций и ремонта мопеда время он (куда деваться – не потопаешь, не полопаешь) помогал бабе Маше по хозяйству. Правда, той для этого приходилось проявлять чудеса терпения и дипломатии.

– Самый ядреный самогон, говорят, из картошки получается, – начинала она издалека, усаживаясь на любимого конька дяди Миши.

– Это точно, из Жуковского раннего выходит первый сорт, – охотно подхватывал тему дядя Миша. – Из Луговского тоже знатный продукт получается, только перегонять три раза надо.

– А чем тебе синеглазка не нравится? – развивала интригу баба Маша и потихоньку переводила разговор в нужное русло. – У нас в погребе шесть мешков такой лежит как раз.

– Завтра достанем.

– Сегодня бы надо, – настаивала она. – А завтра уже сажать. Иначе хрен тебе по осени будет без редьки, а не самогон.

– Верно, Маня, – соглашался он. – Дело нужное. Завтра, значит, и достану. Прорастет покуда, а на той неделе посадим. Сейчас же, пожалуй, грамм двести того, что из Жуковского получилось, жахну. Разохотила ты меня. Нашарь-ка мне поллитровочку, не в службу.