Кибер 2. Мастер

На голову выше Дима, лысый и мускулистый, но не это выделяло его из толпы появившихся следом фигур. Весь верх его лица закрывал имплантат, который Дим видел впервые. Кибернетическое улучшение полностью закрывало глаза незнакомца, но тот не испытывал видимых проблем со зрением. И о том, что встреченный ими человек с имплантатом не был простым прохожим, говорило кустарное оружие в руках.

Интерфейс выдал всю доступную по незнакомцу информацию.

Лекс Люц

Гражданин 9 уровня

Навыки: Боец ближнего боя 6, Стрелок из ПП 3, Дознаватель 2

Внимание! Данный субъект находится в розыске Невского Синдиката.

Да/Нет.

Дим тут же подтвердил предложенный интерфейсом выбор и, схватив мальчугана за ворот, не церемонясь, задвинул его себе за спину.

– Рууз, беги, как сможешь, – процедил сквозь зубы парень, разблокируя нейропредохранитель скрытого в протезе оружия.

По-хорошему, стрелять надо было уже сейчас. В протезе Шукаку, заменяющим Диму правую руку, вернее, в спаренном стволе внутри, были заряжены бронебойные и зажигательные патроны, но он почему-то трусил действовать первым. Однако, все-таки, вытянул кибернетическую руку в предостережении и развернул силовой щит.

– Мы не ищем неприятностей, – выпалил Дим. – Вам нужны деньги?

– Понятливый, – осклабился пятиглазый, глядя на вытянутую руку Дима, но не видя в ней угрозы.

Киборгизированый засунул руку за шиворот и вынул цепочку, на таких в Новом Ковчеге обычно носили крест Всесоздателя. Но у преградившего им путь там висела круглая печатка из белого металла, которую он поцеловал.

Из-за его спины шагнуло еще двое, один из которых поставил перед собой канистру из под нефтепродуктов. Гнутую, старую, с давно оторванной этикеткой производителя.

– Купи канистру, турист, – предложил Пятиглазый.

– Сколько? – спросил Дим, понимая к чему идет разговор и что канистра просто способ легализации ограбления перед Системой.

– Сто тысяч империалов.

– Но у меня нет такой суммы! – неэмоциональный Дим попытался вложить в эти слова все, на что был способен: испуг, отчаяние и покорность. Но, кажется, переборщил, перестарался. А может быть сделал акцент на неправильные эмоции, потому как Пятиглазый схватился за оружие и направил его на Дима.