В постели с миллиардером

Девица же, захватив освобожденную Печенькой вторую туфлю, быстро ретировалась, и, когда за ней захлопнулась дверь, Роберт спросил друга:

– Ну и где мы её взяли?

– Понятия не имею, – просипел тот и, бессмысленным взглядом пошарив по сторонам, сказал:

– Пить хочу.

– Возьми минералку в холодильнике, – отозвался Роберт и, когда Славик направился на кухню, пошел за ним следом.

– Как я понимаю, из вчерашнего ты помнишь не больше моего? – задал Левицкий риторический, в общем-то, вопрос, после того как Печенька наконец блаженно выдохнул, жадно проглотив залпом литр воды.

– Ну-у-у, – протянул тот в ответ, задумчиво почесав затылок, – помню, как мы куда-то пошли из бара…

– Вот и бери тебя с собой свататься, – хмыкнул Роберт.

– Ё*ушки-воробушки! – выдохнул Славик, падая на стул. – Ты таки это сделал?

– Таки да. И, так как мне отказали, намереваюсь сегодня сделать ещё раз.

– Ты хорошо подумал? – осведомился Печенька, глядя на Роберта так, будто сомневался в его душевном здоровье.

– Очень даже хорошо. Поэтому – спасибо за идею, но сопровождать меня больше не надо, – усмехнулся Левицкий и, кинув взгляд на часы, коротко выругался, обнаружив, что уже почти четыре часа вечера.

А значит – у него остались буквально сутки на то, чтобы сделать Татьяне Борисовне исключительное и совершенно деловое предложение и успеть обговорить с ней все детали предстоящего спектакля. Посему, оставив потрясенно молчавшего Славика и дальше раздумывать над тем, в своем ли он, Роберт, уме, Левицкий направился в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок перед столь важной и весьма необычной для него встречей.

Как Роберт и ожидал, жила Татьяна Борисовна в недорогом спальном районе на окраине города, факт чего подтверждал резонность размышлений Славика о том, что крупная сумма денег, которую Левицкий собирался ей предложить, будет для языкастой воспитательницы весьма не лишней. И потому Роберт совершенно не рассматривал того варианта, что Татьяна Борисовна может не согласиться на эту, хоть и весьма своеобразную, но все же работу, для которой он собирался ее нанять.

И тем более неожиданной стала для Роберта картина, представшая его глазам, когда он наконец добрался через все триждыклятые пробки до дома воспитательницы и вышел из лифта на ее этаже. А именно – то, как неизвестный ему мужик обнимал за плечи Татьяну Борисовну, которую Роберт уже считал своей пусть и фиктивной, но все же невестой.