Спаси моего сына

Вторая рука уверенно сжимает руль, но при этом вся поза мужа кажется обманчиво-расслабленной.

– Не знаю. Ума не приложу. Уже дважды во сне парня видела.

– Мне начинать ревновать? – хмыкает Даня.

– Да нет. Парню лет пять-шесть. Смешной такой. На тебя похож.

Машина виляет в сторону. Резко, без каких-то на то причин. Ойкаю и хватаюсь за ручку на дверце, удивлённо смотрю на мужа.

– Кошка… показалось, что кошка.

Мои брови помимо воли сходятся на переносице. Теперь от спокойного вида Дани нет и следа. Он жадно затягивается, теперь уже впивается в руль так, что белеют костяшки пальцев.

– Дань… ты меня пугаешь, правда… Я не понимаю, что творится.

– Ничего не творится. Я же сказал – думал, что кошка на дорогу выбежит.

Некоторое время мы едем в полном молчании. Я кошусь на мужа, он – смотрит прямо перед собой, и понять по его виду хоть что-то невозможно.

– Что за мальчик это? Что во сне происходит? – наконец сдавленным голосом спрашивает он у меня.

Вновь смотрю на него с подозрением, но начинаю рассказывать:

– Да вроде ничего особенного.

– Понятно. А что за ребёнок, не знаешь?

– Неа. Понятия не имею. На нашего не похож. Ну, в смысле, короче…

Не знаю, как пояснить. У нас ведь детей нет, так что откуда я могу знать, похож ли он на нашего – ума не приложу. Просто чувствую это и всё.

– И не ты это в детстве. Но вот снится и всё.

Отмахиваюсь и улыбаюсь через силу.

Мы добираемся до дома в полной тишине. А потом происходит странное – Даня, вынув сумки и дотащив их до квартиры, вдруг обращается ко мне:

– Сонь, я отъеду по делам, окей? – спрашивает настолько внезапно, что я замираю соляным столпом.

Вроде утром ещё собирались пару комедий посмотреть, суши на ужин заказать.

– У нас вроде планы были, Верниковский.

Ладно бы ему кто позвонил – приятели или коллеги – я бы может и не заподозрила неладное. Но вот так… внезапно.

– Потом расскажу. Это срочно. Я скоро.

И он просто уходит. Быстро, как будто важнее нарисовавшихся из ниоткуда дел нет ничего на свете. Моя рука сама тянется к телефону, чтобы набрать номер Дани, потребовать ответа, но всё то же проклятое ожидание чего-то страшного не даёт мне этого сделать.