Дьявол в мелочах

Не смотреть на неё, понимая, что вот она – София Рождественская сидит рядом со мной и мы ведём вполне себе человеческий диалог.

Молчит, и я молчу тоже. Только встречаю её взгляд, теперь уже без желания отвести глаза. За эти бесконечные несколько секунд, кажется, между нами устанавливается какая-то связь. Демоны внутри меня рвутся наружу, к ней. Я так и вижу, как они прикасаются к её коже, оставляя на ней грязные отпечатки, которые она не сможет отмыть никогда. И сейчас мне хочется этого. Увидеть, как София Рождественская становится запачканной мною.

У меня от этой картины едва член не встаёт, настолько острое возбуждение я испытываю.

А потом всё заканчивается. Она просто поднимается и уходит. Оставляя поднос с нетронутой едой на столе. Не возвращается к своим подружкам, просто выходит из школьного кафе и мне напоминанием остаётся только шлейф её духов. Который я жадно вдыхаю, раздувая ноздри.

Напрасно думал, что смогу оставаться в стороне. Соня – трофей для моих демонов.

И теперь удержать их на месте будет крайне сложно.

Если не невозможно.

***

Обычно мне нравились уроки истории. Нравилось читать о когда-то существовавших цивилизациях, не сохранившихся до наших дней и оставивших после себя немало загадок; о великих правителях, вершивших судьбы мира, о легендарных сражениях… Все это завораживало. Обычно. Но сегодня совсем не получалось направить свои мысли на людей и события, случившиеся за Бог знает сколько времени до меня.

Сознание того, что за мной сидит Романов, заставляло чувствовать себя некомфортно.

Наверняка он даже не смотрел в мою сторону, как обычно сидя в позе «ушёл в себя, вернусь нескоро», но спину все равно как-то неприятно покалывало. И то, что произошло между нами в столовой, никак не шло из головы.

Я чувствовала себя очень глупо. Что закономерно, ведь я выставила себя настоящей дурой, когда подошла к нему. И отчего только я вообразила, что с Димой можно нормально разговаривать? За те одиннадцать лет, что мы учимся вместе, это ещё никому не удавалось.

Но было что-то такое, промелькнувшее в его взгляде, что заставило меня подумать…

– Отвечать пойдет… Рождественская!

Голос Нины Ивановны – негромкий, но твёрдый – нарушает ход моих мыслей, мигом напомнив о более серьезных проблемах, чем пославший меня далеко и надолго Романов. Блин! Так ведь и знала, что она меня вызовет. Очень уж давно этого не случалось. Теория вероятности во всей красе.