Дьявол в мелочах

– У него спросить не пробовала?

Поджимает губы. Сначала теряется, но потом решительно отодвигает поднос и, облокотившись на столик, подаётся ко мне.

– Я помочь хочу.

Заявляет слишком уверенно, чтобы у меня остались сомнения в том, что она реально думает, будто мне это нужно.

– Кому?

– Тебе.

– По-твоему, я нуждаюсь в том, чтобы ты мне помогала?

– А нет?

– Нет.

– Окей.

Выдыхает резко, как будто желает избавиться с этим выдохом от чего-то, что ей мешает. А я отвожу глаза. Потому что мне вдруг становится жизненно важным продлить этот разговор хотя бы на несколько секунд.

А она так и сидит рядом со мной, и мне кажется, что сейчас на нас направлены все взгляды в этом грёбаном кафе.

– Я просто хотела рассказать, как мы обычно решаем такие примеры. Хотя, твой способ кажется мне более удобным и быстрым.

– Я в курсе, как вы их решаете.

– Тогда зачем делаешь по-своему?

– Потому что мой способ кажется мне более удобным и быстрым.

– Но у тебя двойка в четверти вырисовывается.

И откуда знает это? Следит за тем, кто какие отметки получает?

– А мне насрать.

– Грубо.

– Жизненно и искренне.

– Ты всегда такой? Со всеми?

– Какой?

– Угрюмый и озлобленный.

Я перевожу на неё взгляд, начиная испытывать какое-то уродливое желание рассмеяться. Нет, она это сейчас серьёзно? Если Соня в курсе моих оценок, то, наверное, и в курсе того, что среди одноклассников я своего рода изгой. Никто не хочет со мной общаться, а я этому только рад.

Например, пару лет назад Саврасов пустил слух, что свою мать убил я.

За это я сломал ему челюсть, был поставлен на учёт в детскую комнату полиции, и обрёл себе врага на весь оставшийся период обучения. А заодно и одноклассников, которые с тех пор повально меня возненавидели. Интересно, где была в этот момент Рождественская? Выходила покурить?

Собственные мысли кажутся мне невесёлой шуткой, от чего я растягиваю губы в улыбке. А Соня смотрит на меня выжидательно. Как будто реально ждёт, что я отвечу на её дурацкий вопрос.

– Да. Я всегда такой. И со всеми. Потому вставай и проваливай.

– Зачем ты так?

– Как?

– Я ведь тебе ничего плохого не сделала.

– А мы разве об этом?

– Нет. И всё же.

Она словно сомневается в том, что всё сделала правильно. А я мысленно едва не вою. Пусть уже оторвёт свою задницу от стула и вернётся к своим подружкам, с которыми они перемоют мне кости. Лишь бы только больше не чувствовать тонкий аромат её духов.