Анестезия

У него была девушка, а может, и не одна. А она сама… она сама очень сглупила, когда позволила чувствам настолько быстро собой завладеть. Но собиралась это исправить в самом обозримом будущем.

Наши дни

Саша вынырнул из дрёмы и посмотрел за окно. Его кровать стояла так, чтобы он постоянно мог видеть сад и клочок голубого неба над ним. Даже когда была зима, он наблюдал за тем, как небосклон затягивают тучи, или же как по нему летят куда-то белые лёгкие облака.

Сегодня ему снился удивительный сон.

Он бегал по лужайке за смеющейся рыжеволосой девочкой, в которой с удивлением узнавал Глашу, и когда та падала, испытывал ужасающий страх. Но Аглая и не думала расстраиваться – вскакивала на ноги, отряхивала коленки и, дразнясь, бежала дальше.

– Саш, скоро Настя приедет?

Это было первым, что спросил Влас, когда зашёл в его комнату после стука.

– Не знаю, приедет ли вообще, – буркнул он, глянув на Власа и вновь переводя взгляд за окно. – А что?

– Мне по делам скататься надо.

Потом может в сад выйдем?

– Не хочу.

– Зря. Погода кайфовая.

– Кайфовая, – хмыкнул Саша с презрением. Как будто ему вообще было дело до того, что происходит на улице. И Влас ведь об этом знал.

– Ладно, – кивнул его помощник, подходя ближе. – Давай уже в кресло пересядешь.

Саша всё же поддался уговорам и они с Власом почти час просидели на скамейке под кустом жасмина, который источал удивительный аромат. Зубарев никогда не был поклонником всяких цветущих штуковин, а тут, кажется, проникся.

– О, Настя приехала. С Глашей, – произнёс Влас, и Саша встрепенулся. Улыбка, помимо воли, скользнула по губам – к нему бежала Аглая.

– Привет! – выдохнула она, порядком запыхавшись. – Я маму меня с собой уговорила взять.

– Привет. А она сопротивлялась? – понизив голос до шёпота, уточнил Саша, чуть подаваясь к девочке, как будто у них был общий секрет.

– Ещё как! – округлила глаза Глаша и отстранилась, сделав вид, что они вообще ни о чём не говорили.

– Доброе утро, – поздоровалась подошедшая Настя.

 – Глаш… о чём мы с тобой дома договаривались?

– О том, чтобы я никому не надоедала.

Аглая выразительно посмотрела на Сашу, намекая на то, что всё сказанное ею до этого момента, – чистая правда.

– А она никому и не надоедает.

Зубарев вдруг сделал то, чего и сам от себя не ожидал – притянул девочку к себе за запястье и когда она с удивлённым возгласом очутилась у него на коленях, поехал в сторону дома.