Влюблена и очень опасна

– А может так оказаться, что им окажется ваш жених?

Вновь неопределенное пожатие плеч:

– Формально нет, ведь Андрей не является нотариусом, хотя и имеет соответствующую лицензию. Но, если он подсуетится… Должность-то вакантна.

– А почему, кстати, это так важно? Почему ваш… хм… жених раньше не мог стать нотариусом?

– Потому что количество этих специалистов в одном районе строго ограничено. В каждом нотариальном округе их число не должно превышать установленное. Это юридическую фирму может открыть любой желающий, в нашем деле все иначе.

– Понятно, – Креольский посмотрел мне прямо в глаза и задал вопрос, который в данных обстоятельствах напрашивался сам собой: – Иными словами, у вашего жениха имелся вполне очевидный мотив убить моего брата?

– Мотив был, а вот с возможностями дела обстоят значительно хуже, – спокойно парировала я. – Андрей все время находился рядом со мной и просто не мог… Если только вы не думаете, что мы действовали сообща. Когда же мы с ним покидали офис, шеф был еще жив.

– Уверены? Уходя из конторы, вы попрощались с… – Креольский помедлил, по всей видимости, справляясь с охватившим его душевным волнением, – с Юрой?

– Нет, но…

– Так я и думал. Откуда тогда такая уверенность, что мой брат был все еще жив? Смотрите, как все удачно складывается: вы со Спиридоновым уходите из офиса, а затем он отправляет вас назад, якобы забыв ключи. Теперь вы оказываетесь подозреваемой номер один, в то время как он и вовсе ни при чем.

– Да, но я ведь слышала, как Андрей попрощался с шефом.

– Припомните, что именно вы слышали. Это очень важно.

Я задумалась, восстанавливая в памяти события злополучного вечера.

– Мы собрались уходить с Андреем. Он зашел в кабинет Юрия Павловича и громко пожелал ему доброго вечера, сказал, что, если что-то понадобится, он на связи, и… все.

– А что на это ответил Юра?

Я задумалась, пытаясь как можно точнее восстановить в памяти картинку тогдашнего вечера.

– Ничего, но это нормально, – наконец произнесла я.

– Возможно, – растягивая слова, ответил мужчина, – а может, мой брат к тому моменту был попросту мертв.

– Нет, – я отчаянно замотала головой, – нет, – добавила твердо и уверенно, – этого не может быть! Я не верю! – Версия, выдвинутая Креольским, потрясла меня своей очевидностью и невероятностью одновременно.