Влюблена и очень опасна

Можете подарить своему жениху, он ведь спит и видит занять место моего брата, что, кстати, делает его наиболее вероятным кандидатом на роль убийцы, а можете и сами стать нотариусом.

– Я?!!

– А почему вы так удивляетесь? Высшее юридическое образование и стаж работы в нотариальной конторе позволяют вам на это претендовать, а моя помощь – рассчитывать на благоприятный исход дела.

Да уж! Что-то в последнее время судьба «радует» меня невероятными кульбитами. Из потенциальной заключенной так быстро превратиться в возможную владелицу нотариальной конторы… Интересно, что меня ждет завтра? Пожизненный срок или министерское кресло? Не удивлюсь ни тому, ни другому варианту.

– Хорошо, допустим, я скажу, что меня заинтересовало ваше предложение. Но разве я могу чем-то помочь?

– Можете, и гораздо больше, чем полагаете. – Креольский тронул пальцем одну из чаш весов правосудия, которые держала в руках Фемида. Сколько себя помню, эта статуэтка всегда стояла на столе у шефа, но я представления не имела, что весы двигаются.

Словно завороженная, следила я за раскачивающимися чашами. Дождавшись, пока они снова обретут равновесие, мужчина продолжил: – Мне хорошо известно, что делопроизводством в конторе занимались именно вы.

– Да, и делала это в строгом соответствии с законом. Спросите…

– Стоп, стоп, стоп! Софья Семеновна, – Креольский поднял вверх руки, демонстрируя миролюбивый настрой, – я ни в чем вас не обвиняю. Просто констатирую очевидный факт. Более того! Я уверен, что вы все делали правильно.

Меня сейчас другое интересует. Какие именно документы пропали?

– Не знаю. Я все дела на память не помню.

– А жаль. Нам бы сейчас это очень пригодилось. Я ознакомился с материалами дела и знаю, что вы заявили об исчезновении трех папок, а также журналов входящей и исходящей корреспонденции. Это все?

– Не знаю, возможно, украли еще что-то, следователь очень быстро взял меня в оборот, так что на детальное изучение времени не было. Но навскидку вроде бы все, – кивнув головой в сторону шкафа за спиной Креольского, я добавила: – Все папки были пронумерованы, так что обнаружить пропажу оказалось нетрудно.

Исчезли дела номер двадцать три, двадцать пять и сорок семь.

– Понятно, – Креольский слегка покачался в кресле и добавил задумчиво: – Скажите, а что будет с остальными документами?

Я пожала плечами:

– В течение двух месяцев их передадут другому нотариусу, назначенному специальной комиссией.