Лиссандра. Цепь богов. Книга вторая

Но если есть тоннель, то он, куда-нибудь должен был нас вывести. Уже привыкнув к стенам тоннеля, мы растерялись, когда вышли в огромную пещеру. Как только демон ступил в нее, пещера осветилась, а звезда погасла.

В центре пещеры стоял самый настоящий алтарь древних, а над ним висел кокон, от которого и шло это свечение.

– Лисса, что вы видите? – спросил меня Нувар.

– Алтарь и магический кокон, и они соединены магией.

– И тут божественная магия, – артефактор так теперь называл магию семи лучей, а за ним и маги которые были с ним, да и демоны тоже, наверное, это определение приживется, потому что мы и сами не знали, как ее называть.

– Деактивировать плетение кокона не получится, ее питает непрерывно алтарь, – я видела поток магии, который поднимался от алтаря к висевшему в воздухе плетению в виде шара. Что-то было внутри него, но разглядеть не давали слишком насыщенные магией нити, которые оплетали его плотной сеткой в несколько слоев.

– Там что-то есть, – заметил Ар очевидное.

– Скорее там кто-то есть, – поддержал его Кир.

– Кого-то очень хорошо спрятали, и позаботились о нем, – предположила я.

– А может, не смогли убить и пленили его, и таким образом защитили мир? – высказал не самую приятную догадку Парм.

– Все возможно, но это нам и придется выяснить, не просто так нас привела сюда звезда демонов, – ответил Нувар.

Я подошла к алтарю и увидела в нем небольшое углубление, что-то мне напоминающее.

– Камир! Тут углубление для амулета!

Демон приблизился, и кокон засиял еще ярче, признавая его. Принц снял амулет и вложил его в выемку, звезда демонов с легким щелчком сама повернулась на алтаре и кокон начал раскрываться, явив нам спящего огромного демона.

Через несколько ударов сердца, ресницы демона дрогнули, и он открыл глаза.

– Архан! – выдохнул Камир.

Демон повернул голову и посмотрел на принца. Затем потянулся, и выпрыгнул из кокона с потрясающей ловкостью. Каждое движение демона было наполнено силой и грацией очень опасного хищника.

– Внучек значит! – довольно улыбнулся прародитель и обнял оторопевшего принца. Надо заметить, что принц был дедуле едва по грудь, и напоминал больше ребенка рядом с ним.