Индивидуум

– Если Вселенной было угодно, чтобы я уничтожила свою память и прошлую жизнь вместе с ней, то, значит, так надо. Я со смирением к этому отношусь. Но, может, там было что-то странное при начальных осмотрах, когда я только попала в Соларум? Слышал ли ты что-нибудь, а? До нашего знакомства.

В памяти Стефа мгновенно вспыхнули старые образы: огромные окна Соларума, выходящие к лесу, и Фри, одиноко сидящая на подоконнике. Столько вопросов на лице. Она только потеряла свой прошлый мир, а ее уже выбросили в новый.

Стефан никому бы подобного не пожелал. Это ведь так невыносимо жутко – понять, что уничтожена не только привычная реальность, но и ты сам.

– Мы тогда хорошо ладили. И ты много помогал мне, – сказала Фри, будто бы оправдываясь за очевидную только ей глупость. – С освоением, со всем. До того как… ну, до того как мы разругались.

«Черт».

Они никогда не вспоминали обо всем, что было между ними до суда. Сначала годами не общались, а после событий с Антаресом, вынудивших их работать сообща и вновь помиривших, избегали того времени в разговорах как щекотливого табу.

Несмотря на то что воспоминания отдавали виной, Стеф не мог не чувствовать тепло и свет, исходящие от них.

– И ты считаешь, что я мог навести справки о тебе в Лазарете или в Вавилоне?

– Да. Ты же беспокоился насчет этого. Я помню.

– А я нет.

Похоже, слова Стефа прозвучали слишком резко, и Фри стушевалась:

– А. Да, правда, это ведь было так давно.

Я просто подумала, что тебе… в общем… – Она вымученно усмехнулась. – А, не важно.

– Нет, ты не поняла, – поспешил оправдаться Стефан и поколебался, ведь заходил в серую зону своей жизни. – Мне не все равно или вроде того. Я не могу сказать уверенно – потому что в делах с памятью это трудно, – но, кажется, у меня забрали часть воспоминаний из того времени. Те, которые я отдал Поллуксу за Макса, Дана и Антареса.

– Да? – Фри вытаращилась на него, все больше смущаясь.

 – А, ой. Прости. Я и не знала.

– Все нормально. Я пытался понять, что этот рыжий урод забрал. Да и плюс Смотрители несколько раз по мелочи выдергивали память в наказание. В паре мест, которые я, очевидно, вряд ли бы забыл, слишком темные пробелы. – Он даже не сдержался и усмехнулся. – Жаль, что самого поганого Поллукс с собой не унес. Стало бы проще.

Фри кивнула, но по ее опечаленному взгляду Стеф понял: ответ ее не удовлетворил.