Юность Лагардера

– Не прав ли я был, государь, – говорил Антуан, – когда советовал вашей светлости действовать решительно? В городе никто даже не пикнул, так что гвасталльское наследство ваше!

Карл-Фердинанд, однако, был не вполне доволен:

– Признаться, мне не дает покоя завещание покойного тестя. Если обнаружится, что наследником объявлен не я, то разве поможет мне весь этот тайный заговор?

Но Пейролю все виделось в розовом свете:

– Не волнуйтесь, государь, для начала нынче же ночью надежные люди под моим присмотром отвезут в Мантую несколько сундуков с сокровищами покойника – царство ему небесное! Разве плохо будет получить целую кучу золота и драгоценных камней?

Гонзага согласился:

– Ты прав, добыча недурна, и я от нее не откажусь – да и тебя не забуду.

– Кто? Разве вы не договорились обо всем с его императорским величеством?[32 - Имеется в виду император Священной Римской империи.

– Ты забыл о другом величестве – версальском. Будь этот треклятый Лагардер провозглашен законным наследником, за паршивого гасконского дворянчика – черти бы его разорвали! – вступится сам король Людовик!

Пейроль налил себе вина, залпом осушил кубок и ухмыльнулся:

– Ну а если, допустим, род Лагардеров угаснет? Останется ли тогда какое-либо препятствие, отделяющее вашу светлость от короны гвасталльского герцога?

– Ни единого. Прав Винченты никто оспаривать не сможет.

– Раз так, – подытожил Пейроль-младший, – я, право, не понимаю: разве в Гаскони мускатные гроздья зреют хуже, нежели здесь, в Гвасталле?

На другой день гвасталльский подеста явился в собор Санта-Кроче. Предстояла церемония вскрытия фамильного склепа герцогов Гвасталлы: покойный государь должен был занять место подле своей супруги.

Гробницу украшало великолепное беломраморное изваяние лежащей женщины, изображающее герцогиню на смертном ложе. Рядом было оставлено место для изваяния герцога: предусмотрительный скульптор даже заранее вырезал в камне высокое изголовье.

Нечего было и думать снять это тяжелое, поистине королевское надгробие, так что рабочие попросту вынули несколько боковых плит – и доступ в склеп был свободен.

Немного подождав, чтобы воздух внутри стал свежее, вниз спустили лестницу. Сначала туда сошли двое слуг с факелами, затем – подеста, двое судей, церемониймейстер и начальник дворцовой стражи.