Горбун, Или Маленький Парижанин

Галунье с самым простодушным видом поинтересовался:

– И как же зовут этого великана, который будет сражаться с восемью человеками?

– Из которых, раны Христовы, каждый стоит полдюжины добрых вояк! – добавил Плюмаж.

Штаупиц ответил:

– Герцог Филипп де Невер.

– Но говорят, он при смерти! – воскликнул Сальданья.

– Еле дышит! – добавил Пинто.

– Совсем обессилел! Лежит в постели! В последней стадии чахотки! – наперебой кричали остальные.

Плюмаж и Галунье не произнесли ни слова.

Нормандец чуть заметно кивнул и отодвинул свой стакан.

Их внезапная серьезность не могла не привлечь внимания остальных.

– Что вы знаете? Что вам известно? – посыпалось со всех сторон.

Плюмаж и его помощник молча переглянулись.

– Какого дьявола! Что все это значит? – воскликнул изумленный Сальданья.

– Можно подумать, – вступил Фаэнца, – что вы собираетесь бросить дело.

– Не слишком-то обольщайтесь, красавчики, – веско промолвил Плюмаж.

Слова его были заглушены громогласными протестами.

– Мы видели Филиппа де Невера в Париже, – кротко произнес брат Галунье. – Этот умирающий доставит вам хлопот.

– Нам! – ответил хор голосов.

Возгласы эти сопровождались презрительным пожатием плеч.

– Вижу, – заметил Плюмаж, обведя взглядом своих коллег, – вы даже не слыхали про удар Невера.

Все широко раскрыли глаза и насторожились.

– Удар старого мэтра Делапальмы, – пояснил Галунье, – которым он уложил семерых фехтмейстеров между рынком Руль и заставой Сент-Оноре.

– Все эти секретные удары – вздор! – закричал Пепе Убийца.

– Крепкая нога, острый глаз и хорошая защита, – объявил бретонец, – и плевал я на все секретные удары.

– Битый туз! Полагаю, красавчики, нога у меня крепкая, глаз острый и защита тоже неплохая, – с достоинством заметил Плюмаж.

– У меня тоже, – добавил Галунье.

– Одним словом, нога крепче, и глаз острей, и защита верней, чем у любого из вас…

– А доказать это, – со своей обычной мягкостью предложил Галунье, – мы готовы, ежели вам будет угодно, хоть сейчас.

– И тем не менее, – продолжал Плюмаж, – удар Невера не кажется мне вздором. Он трижды нанес мне укол у меня в академии. Вот так-то вот…

– И мне тоже.

– Укол в лоб, между глазами, три раза подряд.

– И мне три раза, в лоб, между глазами!

– Три раза подряд, а я даже шпагу поднять не успел, чтобы парировать!

Шестеро наемных убийц слушали теперь весьма внимательно.

Никто уже не смеялся.