Невидимый круг

Урсула открыла рот, чтобы возразить, но дядя Джерри уже продолжал:

– А вы Фрэнк Данбар, будете Акколоном – глупым рыцарем, влюбленным в Моргану, всецело ей преданным и готовым слепо следовать за нею в самых черных замыслах.

Репортер тоже был слишком поражен, чтобы возразить.

– Вы, племянница, – саркастически продолжал Пирсон, – конечно, прекрасная Гвиневра, супруга Артура, за которой ухаживает верный рыцарь – Ланселот! – Он указал на Билла Пэйджа. – А вы, Джосая Халлахан, образованный человек с миролюбивой улыбкой и длинной белой бородой, естественно, станете чародеем Мерлином.

Кого я забыл? А, еще Питер – Питер Кобб, молодой человек, который стережет вход в замок, вы его недавно видели. Подумаем, кем бы он мог быть? Собственно, роль у него малозначительная. Пусть будет Кеем – незадачливым сводным братом Артура.

Да! Остались еще вы, Чарлз Джерролд, знаменитый психиатр из Лондона. Вам я назначил роль Мордреда.

Собравшиеся не проронили ни слова. Им было и забавно, и неловко. Джерри Пирсон, восседая на стуле, улыбался им. Рядом с ним потрескивало пламя в камине, дополняя это странное молчание и зажигая в глазах гостей огоньки неподдельного любопытства.

– А вы? – вдруг спросил Гэйл Блейк. – Вы-то сами, должно быть, король Артур?

Хозяин медленно покачал головой:

– Нет, не совсем… Обратите внимание: он где-то здесь неподалеку – ведь вы же знаете, что он не умер.

– Но мы так и не узнали, зачем мы здесь, – сухо произнесла Урсула Браун.

– Да, что же это за необычайное событие, о котором вы нам писали? – громовым голосом возгласил Гэйл Блейк, он же сэр Пелинор.

Пирсон закрыл глаза и медленно, четко проговорил:

– Я пригласил вас ради того, чтобы вы стали избранными свидетелями убийства.

Глава 4

В гробовой тишине Джерри Пирсон расхохотался.

– Нет, нет, не беспокойтесь! За себя вам бояться нечего. Скоро вы все поймете. Но прежде предлагаю вам отдать должное этим изысканным блюдам, приготовленным лучшей стряпухой деревни!

С этими словами он встал и пригласил гостей следовать за собой к большому круглому столу. Собравшиеся повиновались не без колебаний, натужно улыбаясь. Но после пары добрых бутылок возобладала мысль, что Джерри Пирсон просто пошутил.