Писец. История одного туриста

– Я тоже не ожидал увидеть Вас ночью в доме Сэндлера.

Я прикрыл входную дверь и ставни, чтобы наша беседа не стала поводом для лондонских сплетен.

Никто из нас четверых не знал что делать дальше, и я решил взять-таки долбаную инициативу в свои руки.

– Нам нужно кое-что. Мы его возьмём и уйдём.

– Уж не о сундуке ли говорит любезный мистер Сэндлер? О том, который стоит под самой крышей? – спросил виконт.

– О нём.

– Эта скотина думает, что ему позволят оставить детей без гроша! – выпалила миссис Сэндлер.

– Мистер Сэндлер имел удовольствие бежать из Ньюгейта? С помощью Джонсона, несомненно. Джонсон, продажная тварь, всегда готов услужить за пару фунтов, – сказал усатый аристократ.

– Сэндлер не такой жмот как ты, Уизли! Я хоть и продаюсь, но никогда не брал из казны! Я – честный человек! Я продаю свои услуги! А где деньги, которые ты себе присвоил? А? Верни деньги английскому казначейству! И голландскому тоже!

Виконт взмахнул своей шпагой, а Джонсон вытащил большой нож.

Миссис Сэндлер схватила с буфета бутылку за самое горлышко и разбила её об стол, а то, что осталось в её прелестной ручке, она направила на меня. Запахло жареным, знаете ли, хотя печь даже не затапливали.

Но тут из спальной комнаты послышались детские голоса – они звали мать.

– Разбудили-таки! Грязные ублюдки! – сказала миссис Сэндлер.

Она положила своё импровизированное оружие, которым, вероятно, собиралась распороть Сэндлеру его брюхо, на стол.

– Сейчас, мои сладкие! Я уже иду! – пропела она ангельским голоском.

Мы переглянулись, а женщина пошла на второй этаж по лестнице.

Эта толстушка была той ещё штучкой, скажу я вам! Ей богу, «в тихом омуте черти водятся» – это, пожалуй, про неё. «Пальцы в рот не клади» – тоже.

– Кончай с ними! – бросила она виконту и исчезла наверху.

Похоже, она была высокого мнения о бойцовских способностях Уизли, но он сначала замешкался, а потом всё же перешёл в наступление – рванулся в сторону Джонсона и попытался проткнуть его своей длинной шпагой.

Толстяк, хоть и казался неповоротливым, но умудрился-таки увернуться и схватить виконта за самое горло. Тот захотел вырваться, но хватка у Джонсона была железной, такой же, как аргументы Каннингема, пожалуй.

– Мистер Сэндлер, не желаете ли перерезать казнокраду глотку? – спросил толстяк.

– Пусти, скотина! – прохрипел Уизли.

– Давай свяжем его! – сказал я Джонсону.