Конец пути

Взглядом я дал Хондо понять, что мы облажались: в квартире разлагалось тело – нам придётся оставаться при нём, пока не приедет медэксперт, не позвонит ребятам из морга, а те не приедут, не упакуют и не повезут тело на вскрытие.

Подойдя к двери квартиры, из которой шёл гнилостный запах, я почувствовал ещё и тепло, исходящее оттуда же. Я надел кожаные перчатки, чтобы защитить руки от ожогов, проверил, открыта ли дверь. Когда я толкнул её, меня ударило волной обратной тяги и охватил смертоносный шар пламени, наполненный газом и запахом разложения.

– Ты в порядке, Пит?

Я отдышался, показал ему большой палец, и мы вошли в квартиру. Тело пожилой женщины лежало лицом вниз на кровати в главной спальне, раздутое, как воздушный шар. Её набухшие икры шевелились от личинок, ползавших внутри её тела. В квартире было жарко и душно, как в сауне. Женщина оставила горелки кухонной плиты включёнными, чтобы согреться.

Хондо позвонил дежурному, чтобы сообщить ему о ситуации. Дежурный сказал, что медэксперт на выезде – некто доктор Тайбер. На лице Хондо появилась ухмылка. Он сообщил мне плохие новости.

– Пит, – сказал Хондо, которого сложно было понять из-за сильного французского акцента, – послушай меня, этот чувак полностью ненормальный.

Открыв окна в квартире, я сжёг немного молотого кофе и сказал Хондо купить кристаллы DOA, которые помогут избавиться от запаха. Ещё дал ему деньги на несколько сигар, чтобы их тоже сжечь, и на детскую мазь, чтобы смазать под носом, пока будем ждать прибытия Доктора Смерть.

Примерно через два часа в квартиру вошёл невысокий, хорошо одетый мужчина и представился доктором Тайбером. Он сразу подошёл к трупу женщины и жестом показал мне помочь её сдвинуть. Я посмотрел на него, как бы говоря: «Ты сошёл с ума? Я к ней не прикоснусь».

Врач настаивал:

– Вы должны помочь мне, офицер.

– Ни хрена, приятель. Это твоё шоу.

Он перевернул её на бок, и я увидел ужасающее зрелище: оба её глаза выпали, прилипнув к подушке и оставив на лице две полые глазницы. А добрый доктор увидел что-то подозрительное в её грудной клетке.

– Дайте-ка мне свой нож, офицер.

– Да, как же, чёртов вы псих! Извините, док, этого не будет.