Зимопись. Книга вторая. Как я был волком

Знал ли историю мой похититель – не имею представления. Наверное, так далеко во времени назад и вперед он не думал, среди своих уже почти самый, а к схватке с другими самыми-самыми еще только готовившийся.

Тома безвольно бултыхалась на плече второго похитителя. Третий нес наше оружие, прихваченное для комплекта. Все трое выглядели как прочие рыкцари, разве что бороды погуще, мышцы покрепче, да взгляды пожестче. Суровая троица. Три сапога пара.

Носильщик вещей первым заметил мои открытые глаза.

– Гля, Борзой, очухались.

Как я и говорил, секунда в секунду. Опыт на медовуху не сменяешь.

– Хорошо ты им приложил, Коптюк, – похвалил несший меня. – Научишь?

– А то. Гляди.

Ухмыльнувшись, Коптюк направил сапоги к Томе, которую несли чуть впереди. Жареные сосиски пальцев – в шрамах и обожженные – перехватили свисавшие волосы и вздернули вверх, показывая голову Борзому.

– Вот сюда… куда-то. Как-то. – Его грязная борода затряслась от противного гогота. – Предлагаю обмен. Мой секрет на твое первенство.

Не прерывая размеренного шага, Борзой показал ему кулак. Коптюк не обиделся.

– Тогда сам доходи, что, куда и как.

– Кто не знает – обращайтесь, – донеслось лошадиное ржание того, который нес Тому. – Расскажу и даже покажу совершенно безвозмездно.

– Безвозмездно – уже совершенно, – подал я голос, намереваясь влиться в разговор и что-нибудь выпытать. – Не бывает несовершенно безвоз…

– Гля, добыча заговорила.

В голове будто бы взорвалась бомба.

Когда я вновь пришел в себя, ничего не изменилось.

Только ландшафт. Деревья стали мельче и кучнее, мы продирались сквозь них с трудом. Горы стремительно приближались. Похитители иногда сменялись, перекидывая нас друг другу, как кукол. Сейчас я лежал на плече третьего. Тому нес Коптюк, специалист по отключке.

– Думаешь, не догонят? – интересовался мой несун. – Они без ноши. Как только хватятся…

– Следы мы замели, – равнодушно бросил Борзой. – Пусть поплутают. Я местный, они нет.

Показавшийся ранее знакомым грубый голос, наконец, определился, это он втолковывал некоему Невдане, как бить волков.

Серьезный дядя.

– Их много…

– Уймись, Духаня, – нервно бросил Борзой. – Куда веду, туда не сунутся.

– А если…

– А если сунутся, то в последнюю очередь.

– Ты, вообще, уверен, что делаешь? – с сомнением проговорил мой третий, названный Духаней. – Человолки…

Коптюк снова поймал мой взгляд.

– Опа, царевна проснулась. Рановато, душенька, можешь увидеть и услышать лишнего.