Убивая время

– Ах, не знаю, столько времени прошло…

Она украдкой взглянула на часы: ровно двенадцать. Тени стали совсем короткие, за окном пошел снег.

– Странно, снег и в июле.

Нина зябко поежилась и отложила вышивку. Коробки и ящики раскинулись кругом серостью, будто их устлали невидимые паутины. Джек прошелся по комнате, на полу протоптались отчетливые следы. Там, где прогуливался он, они коричневели так же, как его костюм.

– Вы хотите увезти все эти вещи?

– Сказать по правде, я не хотела. Это все Эрик.

Джек сложил ладони за спиной, задержавшись у картины с котятами.

Нина, уловив его заинтересованность, поспешила объясниться:

– Эрик говорит, она не впишется в интерьер.

– Ваш муж?

– Да. Эрик нашел для нас отличный дом ближе к его работе. Он на пересечении двух улиц, там всегда шумно. Я не думала переезжать, это Эрик настоял. Он ученый. Знаете, какие они. Всегда в работе, никогда не бывают дома.

Губы Джека на секунду сложились, вытянувшись в струну, а потом разошлись яркой улыбкой. Крупные квадратные зубы обнажились оскалом.

– Имел честь быть знакомым с несколькими из них. Прекрасные клиенты.

Так же, как до того вышивки, палец коснулся картины. Ноготь впился в нее сильнее, чем надо, оставив отметину, а потом и вовсе продырявил картину насквозь, расковыряв холст. Джек склонил голову к плечу, придирчиво прищурившись.

– Он ведь умер.

– Кто?

– Ваш муж.

– О чем вы…

Нина осеклась на полуслове и принялась за вязание. Клубок скатился с коленей, развернувшись красной нитью.

Добравшись до начищенного ботинка, он печально затих. Джек подобрал клубок и двинулся к креслу, мерно сматывая нить.

– Эрик… Он был хороший. Когда появились внуки, ему нравилось сидеть с ними. Всегда смеялись, нам было так весело. По воскресеньям мы собирались за столом всей семьей и обязательно играли в карты или Монополию. Это была наша традиция. Эрик сам готовил ужин, он божественно запекал картофель с овощами.

Счастливые лица за одним столом, звон вилок и ложек о тарелки.

Бесконечные разговоры и улыбки; сердца, соединенные нерушимыми узами. Семейный альбом полнился от фотографий. Одна из любимых: Нина играет в карты с внучкой. Джесс была непоседливой и страстной, а еще любила выигрывать. Нина ей поддавалась, причитая, какая бабушка дурочка. Джесс это нравилось.

Тени за окном вытянулись, обратившись призраками забытых вещей. Часы подступили к отметке в десять. Ветер, хлынувший в разбитое стекло, донес сухой лист, опавший на шарф.