Заросли

Из госпиталя я тебе тоже не сразу пишу, не получилось сразу… Хочу похвастаться: слышал я, что к ордену меня представили, но это только пока слухи. Напишу, когда узнаю точно… Галечка, милая! Есть у меня предчувствие, что скоро я обниму тебя…» Угу-гу, угу-гу, угу-гу, – промычала дальше Наташа и сказала, сворачивая листок: – А дальше не для вас написано! Повезу Гале!

В понедельник Галю выписали из больницы. На другой день Алеша со Светой расписались в деревне и позвонили Харитонову, что готовы выехать.

– Выезжайте! – ответил он.

Галя упросила мать с отцом отпустить ее с братом в Куйбышев, захотела провести там остаток отпуска. Они согласились, пусть развеется. Вернется, расскажет, как Алеша со Светой устроились, что это за квартира у них такая подозрительно скороспелая. Свою квартиру Василий Гаврилович с Зинаидой Дмитриевной тринадцать лет ждали, очередь огромную выстояли. А тут едут в чужой город и сразу в свою квартиру. Коммунизм на пороге, что ли? Не верилось что-то Василию Гавриловичу и Зинаиде Дмитриевне.

Родители проводили детей в аэропорт, простились, всплакнули. Алеша обещал позвонить из Куйбышева.

В аэропорту в Куйбышеве Галя объявила, что летит дальше, в Ташкент. Алеша вскинулся было, но Света остановила его, говоря, что она давно подозревала это и что она тоже бы так сделала, если бы Алеша был в госпитале. Алеша похмурился минут пять и смирился.

– Глупостей опять каких не наделай! – бурчал Алеша. – Тебя одну отпускать-то… Душа изболится вся!

Галя смеялась:

– За битого пять небитых дают!

Света ее поддерживала.

В Ташкенте Галя узнала, что до того городка, где находится госпиталь, можно долететь самолетом местной авиалинии, и купила билет. Самолетик летел низко. Галя смотрела в круглое окошко на желтые пески с островками зелени, бесконечные зеленые степи, сады, цветущие в белой и розовой пене: весна здесь была зрелая.

У госпиталя высадил ее дребезжащий на каждой кочке автобус, а дорога сплошь состояла из кочек и ухабов. Жарко было. Женщины ходили в легких широких платьях, ярких, как весна, а мужчины в белых сорочках с закатанными рукавами. Желтые двухэтажные здания госпиталя были в большом саду за забором. В воротах ее остановили два солдата. Галя сказала, откуда она и к кому. Один из солдат повел ее к своему командиру.