Юнга на корабле корсара. В стране чудес

Приближались к опасному Никобарскому архипелагу, но, быть может, это и было спасение.

Земля виднелась только как узкая лиловая полоса; расстояние до нее казалось около тридцати миль.

В это время жара стояла слишком сильная, воздух заставлял задыхаться; ветер был едва заметен. Моряки немного встревожились и замедлили ход шлюпки. Уже шесть дней, как они быстро бежали от преследования и сделали более трехсот шестидесяти миль.

В то время, когда они замедлили ход судна, заметили, что, к их ужасу, неприятель подвигался все ближе и ближе.

Вдруг Устариц закричал:

– Рифы, рифы! Если мы тут не погибнем, то спасены!

И он указал на зеленоватые отроги, которые то выходили из воды, то показывались под ее прозрачной поверхностью в виде зеленоватых голов, похожих на диких зверей, как бы стерегущих свою добычу.

Эти подводные скалы были рассыпаны в изобилии по всем сторонам, подобно авангарду застрельщиков, прикрывающих приближение к твердой земле. Все же небольшому судну можно было как-нибудь пройти между скалами и избежать опасности; но большое судно не могло об этом и думать.

– Если мы не погибнем, то мы спасены!

У беглецов не было ни географической карты этой опасной местности – таковых вообще тогда не существовало, – ни кормчего, могущего их здесь провести. Опасность угрожала им со всех сторон.

В течение двух часов они шли наудачу и все время, не подвигаясь ни на шаг вперед, чувствовали, что их шансы уменьшаются с каждой минутой, между тем корвет все ближе подходил к опасному барьеру.

Когда он приблизился на достаточное расстояние, то дал выстрел. Это служило вызовом. Англичане требовали от беглецов сдаться.

На это можно было ответить только поиском убежища. После долгой борьбы со сложившимися обстоятельствами они достигли довольно глубокого ущелья.

Если они и не были спасены, то все же могли быть вне опасности.

Но положение усложнилось.

Ветер вдруг стих. Небо покрылось черными тучами и давило, как свинец, на неподвижную поверхность моря. Необходимо было работать веслами.

– Дурное предзнаменование, – ворчал Устариц, – скоро будет шторм.

– Да и пусть будет! – воскликнул Клавалльян. – Он прогонит англичан.

Но, как видно, англичане были более сведущими и знали лучше фарватер.