Убежище

Мне была ненавистна сама мысль, что Кай устанет от меня и просто захочет уйти.

– Я попала в руки одного мальчишки, Отец, – сказала я, глядя ему в глаза.

– Да?

Я кивнула.

– В темной Часовой башне возле кладбища. Знаю, что не должна была позволять ему, но он схватил меня и…

– Он украл тебя и увез подальше от всех, – поинтересовался Кай дразнящим тоном, – чтобы остаться с тобой наедине?

– Да, Святой Отец.

Его пальцы впились в мои бедра, а в прищуренных глазах вспыхнули огоньки.

– Что ты позволила ему сделать с собой? – строго спросил он.

– Сначала он поцеловал меня в шею, – призналась я.

Уловив намек, Кай запустил руку в мои волосы и осторожно потянул, заставив запрокинуть голову назад. Его губы накрыли мою шею, начали медленно покусывать кожу.

Я выдохнула, закрыв глаза от удовольствия.

– Мне понравилось, когда он так сделал.

– Ты же знаешь этих мальчишек, – покачал головой парень, двигаясь то вверх, то вниз, целуя и покусывая шею.

– А если я тоже люблю лакомства? – застонала я, чувствуя, как кожу покалывает от напряжения.

– Он был первым мужчиной, прикоснувшимся к тебе? – спросил Отец Кай.

– Да.

Он испустил хриплый стон.

Испугавшись, что он перестанет, я закусила губу, но все же продолжила.

– Потом он запустил руку мне под рубашку. – У меня перехватило дыхание от собственных слов. – Я боялась, но знала, что он сделает мне приятно.

На самом деле я жаждала большего: чтобы Кай трогал меня за такие места, из-за которых мой брат убил бы его.

Подняв голову, он посмотрел на меня, слегка улыбнувшись и обнажив зубы. Я ощутила под собой его эрекцию.

Подхватив край старой толстовки моего брата, Кай начал медленно ее поднимать, затем снял ее и бросил на землю, после чего запустил руку под мою футболку. Все это время он смотрел мне прямо в глаза.

– Готов поспорить, ты этого хотела, – сказал парень, проведя пальцами по моему животу.

Я застонала, ощутив влажность между ног.

– Да.

Запрокинув голову ему на плечо, я стала покачивать бедрами, слегка прижимаясь к нему задницей. Было так приятно чувствовать его твердость. Внутри еще сильнее заныло от какой-то пустоты.

Я подняла руку и положила ладонь ему на щеку, гадая, поцелует ли он меня.