Деяние XII

Хвост пускали за каждым покупателем, заходившим днём в его лавочку. И, разумеется, после первого визита объекта в «Студию» агенты шефа, а может, ещё и сами заказчики, прошлись по притону частым гребнем. Но, судя по всему, безрезультатно – старик приезжал сюда затем, зачем приезжал: за мальчиком. Оно и понятно: Терри знал, что после случившейся в лавочке в четверг стрельбы труп юного помощника антиквара пребывал в доме его родителей в деревушке на востоке полуострова, ожидая, когда «высохнет вся кровь», без чего не могут свершиться пристойные похороны.

И на сей раз ожидание детектива длилось недолго. Торговец выходил из зеркальных дверей заведения, приобняв за плечи своё очередное приобретение. Терри не поверил глазам: на сей раз «младший братец» был юным лаоваем. Темные волосы беспорядочно падали на загорелое скуластое лицо подростка, оснащенное уродливо большим с ханьской точки зрения носом и гротескно круглыми глазами.

Не дожидаясь, пока парочка сядет в «тойоту», Терри вскочил на мотоцикл. Им предстоял довольно длительный путь до укрытой за стеной густого кустарника виллой, расположенной, как и подобает дому состоятельного господина, подальше от побережья. Там Терри придется ждать до рассвета, когда обслуживший старика подросток незаметно выскользнет из тяжелой калитки и побредёт в свое, наверняка, гнусное, жилище.

– Парень, похоже, собирается торчать тут всю ночь, – заметил Сахиб, мельком глянув сквозь ажурные ставни на улицу.

– Это человек из детективного агентства «Шань», господин, – ответил Цзи, склоняясь в поклоне. – Они ведут меня уже три дня, с того несчастного происшествия… Думаю, их наняла Artel.

– Разумеется, она не оставит вас своим вниманием после вашего провала, – кивнул Сахиб.

Он свободно говорил на местном диалекте, звучащем как пародия на благородный мандаринский, тем не менее, являющийся вполне естественным для юга Китая.

Лицо его было не очень приветливо.

– Господин, – антиквар поклонился ещё ниже, – непростительность моего поведения не подлежит сомнению и я смиренно приму из ваших рук любое наказание.

– Хватит, Цзи, – прервал его юноша, и, похоже, эта неприкрытая грубость доставила ему удовольствие.