Госпитальер. Путь проклятого

В конюшне мёрзли исхудавшие лошади, давненько не видевшие, что такое полное корыто овса. Человеческая жизнь очень часто стоила гораздо дешевле, чем породистая кобыла или даже старый мерин.

Во внутреннем дворе замка караульные протягивали дрожащие от холода руки к открытому огню костра, чтобы хоть как-то обогреться при таком сыром холоде, сменившем сильный ветер.

Из нескольких окон замка бился тусклый свет, сдерживаемый приоткрытыми ставнями. Громкий женский крик мало кого мог удивить, и стражники старались не обращать на него никакого внимания.

Мучения и боль родовых схваток не отпускали графиню уже несколько часов. Бабки-повитухи суетились как могли, понимая всю ответственность, лежавшую на принятых ими решениях. Служанки грели воду и таскали медные тазы, чтобы не вызвать гнева своего господина, пребывавшего в огромном волнении. Размышления по поводу будет наследник или наследница в меньшей степени волновали графа, но, конечно же, он хотел, чтобы родился сын.

Матильда лежала на кровати в покоях в промокшей от пота льняной рубахе с раздвинутыми ногами и дрожала от страха, но верила, что всё будет хорошо и Господь проявит к ней и её малышу свою милость.

Большой зал купался в свете настенных факелов и горел камин, где сухие поленья поглощали безжалостные языки пламени. Граф Анри нервно ходил вдоль длинного стола взад и вперёд, останавливаясь у той точки, где стояла кружка, куда он постоянно наливал их кувшина вино.

Он не был набожным человеком, скорее, как и многие сеньоры, принадлежал к истинным воинам, беря пример с рыцарей Карла Великого.

Крики внезапно прекратились и над замком нависла пелена из тишины, вызывавшей скорее испуг, чем облегчение. Леденящий холодок пробежал по спине графа Анри, и он остановился, прислушиваясь к каждому шороху, не обращая внимания на писк мышей, с которыми не могли совладать три здоровенных, но ленивых кота.

Быстрый бег одной из служанок, споткнувшейся на каменном полу в коридоре, успокоил графа, поскольку по своему опыту он хорошо знал, что о беде сообщают, лишь еле переступая, в поисках нужных слов. Молодая служанка поднялась на ноги и, отряхнув чуть запачканный в крови желтоватый передник, выбежала к каменной лестнице и вцепилась мёртвой хваткой в массивную деревянную балясину.