Госпитальер. Путь проклятого

Он бегом спустился вниз по каменной лестнице и выскочил во внутренний двор, где, пройдя быстрым шагом к конюшне, нырнул под черепичную крышу.

Дождь не останавливался, но постепенно менял свою интенсивность в сторону уменьшения. Юный граф подошёл к стойлу, где находился его чёрный, как уголь, конь Вепрь. Так его прозвал сам Гийом за буйный и непокорный нрав.

Ладонь юного графа скользнула по расчёсанной гриве коня и тот очнулся от лёгкого дрёма. Будить конюха Гийом не собирался, а поэтому сам закинул на спину коня седло, принявшись туго застёгивать пряжку, чтобы не слететь с Вепря в грязную канаву.

Копыта коня зацокали о камень внутреннего двора и привлекли к себе внимание караульных и команданте Жана.

? Господин, куда вы? ? громко прокричал старший караула и подбежал к юному графу, выводящему своего коня из конюшни. Вымокшая накидка поверх кольчужного доспеха вызывала отвратительное зрелище, но Гийом не был из тех, кто обращал на это внимание. В конце концов перед ним был не команданте гарнизона замка, а всего лишь простой сержант, в чьих глазах читалось огромное волнение.

? Навстречу туманам и ветрам! ? хлопнув сержанта по плечу и улыбнувшись, произнёс Гийом и запрыгнул в седло на коня. ? Открывай скорее ворота! Не спорь со мной, а то неровен час расскажу отцу, почему так быстро у нас в погребе тает эль, словно первый снег, ? пригрозил и, одновременно подмигнув сержанту, отдал приказ стражнику юный граф и натянул поводья на себя.

? Поднять ворота! ? распорядился старший караула. ? Берегите себя, монсеньор!

Юный граф хлестнул Вепря по крупу плетью, и конь галопом вылетел из поднятой решётки ворот замка, проскакал по помосту и оказался на дороге, ведущей к деревне…

Глава 4

Ночной осенний лес источал свою величественность и загадочность, а медленно опускавшийся туман полностью отражал данность средневековья, не собиравшуюся изменять самой себе.

Волчий вой тревожным звуком разносился по заснувшему лесу, ожидавшему первого снега, чьи хлопья похожи на замёрзшую слезу усталой природы.

Лунный свет проливался на размокший от дождя грунт, заплёванный опавшей листвой.