Госпитальер. Путь проклятого

Вояка Бертран не раз спасал своего сеньора от неминуемой гибели на поле боя и удостоился такой высокой чести, как воспитывать его наследника. Граф Анри не хотел, чтобы Гийом был похож на него. Он видел в нём воина и мудрого полководца, а для этого не нужны были придворные дармоеды, учившие отпрысков знатных семей, чтобы потом за их счёт стать значимыми людьми.

Время не щадит человека, но взамен даёт бесценный опыт, которым он обязан поделиться с молодой порослью, так нуждающейся в прививании необходимых рыцарю ценностей и простых человеческих качествах.

? Гийом! – снова изо всех сил крикнул наставник и, спотыкнувшись о щель в помосте, оказался на сырой дороге после вчерашней грозы. Ссадины на его ладонях не успевали заживать из-за резвости своего воспитанника, с упоением колотившего деревянным мечом по веткам деревьев и кустарников.

Гийом представлял себя доблестным рыцарем, не желавшим искать примирения со своим безмолвными врагами, чья зелень лишь содрогалась от ударов деревянного меча.

Мелкий щебень с дороги забивался в сандалии Бертрана и вызывал дискомфорт. Порой старому воину казалось, что кожа на его ступнях не почувствует даже прикосновение раскалённого железа, но проблема людей в том, что они слишком много думают.

Лучи яркого солнца слепили глаза Бертрана, не желая пожалеть его ослабшее от возраста зрение. Лёгкая неуклюжесть компенсировалась сохранившейся от былых славных времён реакцией, но годы неумолимо брали верх. Боль досады в глазах сливалась воедино с утраченной навсегда молодостью, но с лихвой компенсировались тяжёлыми воспоминаниями, не дававшими старому воину спокойно спать.

Гийом остановился, и его детская рука, державшая деревянный меч, опустилась и он посмотрел на старика Бертрана. Его шаловливая улыбка, словно являлась самовыражением и собственным превосходством над своим наставником.

Старый воин поскользнулся на скользком грунте дороги и рухнул на землю на четвереньки. На детском овальном лице внезапно застыли страх и волнение.

? Бертран, вставай! Ты не ушибся? ? взволнованно спросил Гийом, ощутив, как в его груди колотится сердце.

Граф, стоя на стене замка, обхватил левой ладонью рукоять меча, висевшего на кожаном поясном ремне в ножнах поверх кольчужного доспеха, и продолжил наблюдать за своим сыном. Чёрные волосы с редкой проседью слегка трепал летний ветерок, а лицо графа слегка искажала улыбка.