Дороги скорби

Как говорится, не рой яму ближнему своему…

– То было очень давно, – профессор заговорил, так и не дождавшись моего ответа. – Так же давно, как и события, описанные в историях ведьм из круга Рогатого Пса. Да-да, братец, те далекие годы, те темные времена не то что вписаны, нет, они высечены в истории нашей родины. Я уже говорил тебе о «Природе тьмы». Припоминаешь?

– История о крестьянах, заваливших грот?

– В «Природе тьмы» я наткнулся на предсмертную исповедь одного купца. Кажется Юрек. Он-то и рассказал, что был знаком с Яном Снегирем, и назвал его имя.

– Вы потеряли её, – сообразил я. – Но почему не рассказываете о том своим ученикам?

– Рассказываю всякий раз. Другое дело, что слушают меня в последнее время редко.

– Вы хорошо говорите, друг мой, – сказал я. – Вас интересно слушать, а студенты ваши – дураки.

Генрих грустно улыбнулся:

– Вы читали историю о Даме Треф?

– Я слышал о ней.

– Будет время – перечитайте. Будет время – сопоставьте её с летописями. Многое откроется вам, дорогой мой студент. Глядишь – и вас послушают охотнее, нежели меня.

– Обещаю, – ответил я, думая, что вру. – Так и сделаю.

Генрих издал смешок. Не злой, скорее ироничный.

– Вы тоже лентяй, – произнес он. – А между тем какие знания я вам предлагаю! – он махнул рукой и отвернулся.

– А как умер Снегирь? Вы так и не ответили.

Совершенно незаметно для меня мой конь остановился и, протяжно фырча, уставился на стоящих посреди дороги солдат.

– А с чего вы, Волкер, взяли, что он умер?

– Лет-то сколько прошло…

– И что же? Ян живее всех живых.

Я увидел потрепанную временем дозорную башню, мимо которой мне уже доводилось проезжать прежде. Все те же камни, поросшие мхом, все те же штандарты, треплемые осенними ветрами, и все те же угрюмые мужчины в кольчугах и мятых котах, чьи лица видели бритву лишь несколько раз в год, да и то перед великими церковными праздниками.

– Спасибо за то, что составил мне компанию, – произнес профессор Чайка. – Давненько не случалось со мной столь душевной поездки.

– Рад знакомству, – ответил я, не сводя глаз с идущего ко мне солдата. – Я-то думал, что вам нужно в город.

– Ты это мне? – произнес дозорный. – Ежели да, то не заговаривай мне зубы, показывай грамоту и проезжай.