Египетская история

– В чем дело? – ухмыльнулся писец. – Для таких умелых чучельников, как вы это не должно стать проблемой, верно?

– К-конечно, нет, господин, – попытался взять себя в руки Агирт, молясь всем богам, чтобы слуга номарха не заметил, насколько посерело его лицо.

– Вот и славно, – громко хлопнул писец в ладоши, – к концу недели жду еще одно, и тогда вы свободны на все четыре стороны.

***

– Ну, и что теперь? – спросил Зор, когда за ними захлопнулись деревянные двери резиденции правителя нома.

– Не знаю, – обреченно выдохнул Агирт. – Ну что за день сегодня такой, а?

– Угу. Будем делать чучело?

– А ты умеешь?

– Нет. А ты?

– Я тоже не умею.

Они переглянулись.

Агирт вновь заговорил:

– У нас есть несколько дней, чтобы придумать, как выйти из этой… эм… неловкой ситуации.

Нубиец с трудом подбирал слова и выглядел крайне растерянным.

Зор почесал лысину:

– Найдем еще…

– Вряд ли, – перебил его Агирт, – как бы не пришлось…

– Эй, босота деревенская, с дороги! – рявкнул гладковыбритый знатный вельможа с золотым поясом, подходя к деревянным воротам.

– Простите, – промямлил Зор, отступая.

– А что случилось, господин? – вежливо поинтересовался Агирт.

Вельможа злобно зыркнул в его сторону накрашенными глазами:

– Какие-то сыны шакала пробрались в мой дом и сперли чучело антилопы! Я этого просто так не оставлю! Доложу номарху. Пусть он найдет этих воров и отрубит им руки! Пожри гиены их кишки!

Агирт поймал на себе испуганный взгляд Зора, выглядывающего из-за лысой головы вельможи.

– Пойдем отсюда, – прошептал Зор.

– Да, давай убираться, – поддакнул Агирт, и они быстрым шагом направились прочь.

***

– Нас поймают, – пробормотал Зор, когда они вступили на грунтовую дорогу, ведущую через поле к их деревне.

– Не бойся, – успокоил его Агирт, – никто ничего не видел.

– Но писец догадается, что это мы украли чучело.

– И что? Доказать все равно не сможет. Более того, к концу недели мы предоставим ему еще одно.

–Но откуда?

– Сделаем!

Зор опешил:

– Но мы не умеем их делать!

Агирт рассмеялся, и в его смехе мелькнули едва уловимые нотки горечи:

– Все когда-то бывает в первый раз. Давай же, старина, утрем нос этому высокомерному писцу! Ведь он не ожидает, что мы справимся.