Любовь.mp3

Отпив, негромко произнес:

– Первый сошел с дистанции…

Около трех примчался Палермо, за ним минут через сорок приехала Ален. Красивая, холеная, дразнящая ароматом защищенности.

– Ты б еще дольше собиралась, – хмуро заметил Кондрат. – В кабак, что ли, собралась?

– Не твое дело! Ванную принимала, понял?!.. А чего вы притихли, как на… Эрос, кого хороним?

Эрос, хмыкнув, отвел взгляд: да-а, интуиция Ален никогда не подводила!

– А что за пацан коньки откинул? – как ни в чем не бывало девушка уселась любимому на колени, по-хозяйски провела ладонью по его светло-каштановым кудрям.

Эрос скривился, почувствовав, как охотно отозвалась его плоть на упругую тяжесть девушки, на ее легкие требовательные ласки.

– Не пацан, мужик почти, – поправил Кондрат. Ничуть не смущаясь, он разглядывал светившуюся любовью Ален. Ей было все нипочем.

– Почти мужик? Это как? – улыбаясь, Ален продолжала ерошить Эросу волосы. – Наполовину спал с девушкой, наполовину – нет? Так что ли?

– Ну, 28 ему уже.

– Двадцать восемь мне уже, поцелуй меня везде… А как зовут? – на миг прервав ласки, отчего Эрос тут же облегченно вздохнул, она посмотрела Гапону в глаза. – Как звали его?

– Савл.

– А, Савл, – с напускным безразличием скривив губки, Ален вновь обратила светящийся взгляд на любимого.

– Савл? – удивленно переспросил Палермо. – Шо еще за гуманоид?

– У-у, Палермо, какая ж ты темень! – возмущению Гапона не было границ. Правда, непонятно, что его так завело – ограниченность Палермо или откровенная сексуальность Ален: девушка прижалась к Эросу и запустила руку ему между ног.

Зыркнув на мгновение на влюбленную парочку, Кондрат уставился на Палермо. Казалось, Гапон был готов испепелить его. – Наверное, кроме «железа» своего и «виндовс экспи» больше ничего не знаешь!

– Почему ничего? А «фронт пейдж», а «макромедиа флэш»? – обиделся Палермо.

– Савл – это Павел Рябцев, – отстранив от себя девушку, отчего-то глупо хихикавшую, Эрос встал с дивана.

– Но при чем тут Савл?

– Блин, ну ты и тормоз, Палермо! – Кондрат рвал и метал. Похоже, совершенно искренне.

Эрос казался намного спокойней. Он подошел к Палермо и вдруг обнял его за плечи.

– Метод-перевертыш. Настоящее, еврейское имя апостола Павла – Савл. А Кондрат решил поступить наоборот: назвал Рябцева…

– По-еврейски, что ли? Ну ты и приколист, Кондрат! – криво усмехнувшись, Палермо во все глаза уставился на Кондрата.