День

Которая давала ему ощущение полета. Ведь в своей позе Лотоса, он старательно перекрывал какую-то там артерию, испытывая наслаждение. Я всегда думал на этот счет с насмешкой. Мол, хочешь испытать удовольствие от предсмертных ощущений, так перережь себе вены, и дело с концом, – рай. Конечно же, я его понимал, и знал, что это побег от системной реальности. Но на ряду с этим, я осуждал его, думая, что являюсь лучше него, занимаясь своими писульками, которые никто и никогда не читал. Скорее всего, я просто-напросто был одиноким гордецом, который любил только себя.

– Давай увидимся? – Спросил друг. – Я хочу рассказать тебе столько нового. У меня столько классных впечатлений от занятия йоги.

– Давай, но на этот раз, не будем обсуждать всякую заоблачную ерунду, что несет в себе какое-то там просветление. – Нагло перебил я Андрея. – Я хочу рассказать тебе о диком ужасе, что приключился со мной недавно. И это не моя фантазия, а реальное событие, которое я наблюдал воочию.

– Хорошо! – Радостно одобрил друг.

Андрей всегда мирился с моей наглостью, тащить одеяло на себя, в любых вопросах. Он прекрасно понимал, что каждый человек слушает, но слышит только себя, и врет при этом, что прекрасно понимает собеседника. А я хотя бы не врал в этом смысле, всегда бросая в лоб свою правду матку. Я так и говорил: «Каждый хочет слышать только себя, обманывая, что слушает кого-то еще».

Тем более, в любом случае, наши беседы всегда увлекали нас, и уносили куда-то далеко, от этой, как нам казалось, серой реальности.

Мы договорились, что он заедет за мной. Ведь у меня, и машины-то не было. Своим аскетическим образом жизни, я совсем довел себя до состояния бомжа.

Я уже не думал о деталях произошедшего со мной курьеза. Все, что я хотел, это передать свои впечатления, эгоистично забывая о мыслях друга, и о том, что он тоже переживает свои краски жизни.

Резкими движениями, я набросил на себя, первую попавшуюся одежду, забыв о нашей традиции, красоваться перед друг другом. Мы всегда готовились перед нашей встречей, обличая себя в вечную молодость и красоту.

Не успев опомниться, я уже стоял на улице, дожидаясь Андрея. Мои неугомонные чувства помогли мне на этот раз. Ожидание не превратилось в вечность. Какая-то доля секунды моих сумбурных дум, и автомобиль друга уже стоял передо мной. Я быстро заскочил внутрь, мы по традиции обнялись, обменялись любезностями, и машина тронулась с места.

У нас не было точного плана, куда мы поедем.