Мор

– Спасибо…

Маркиз Левич дождался, когда супруга покинет комнату, отпил бренди – который это уже бокал, интересно? – и с интересом уставился на меня:

– Ну и что у вас за просьба такая, Себастьян?

Я убедился, что, кроме Берты и Валентина, в холле никого не осталось, и неопределенно повертел в воздухе ладонью:

– Рискну предположить, что среди ваших служанок найдется распутная девица, не обремененная излишней моралью? Ее помощь была бы сейчас весьма кстати.

– Нужна помощь такого рода? – крякнул от неожиданности хозяин дома.

 – Вам?!

– Если бы! – вздохнул я. – Вы уж простите меня великодушно, но время не терпит…

– Отослать Изабеллу, это вы хорошо придумали, – рассмеялся маркиз и заговорщицки подмигнул: – Сейчас все будет. – И он во всю глотку заорал: – Миклош, где тебя бесы носят?! Ты мне нужен!

– И еще понадобится свободная комната, – попросил я и отставил бокал на низенький столик в углу.

– Соседняя как раз свободна.

Слегка покачиваясь на ходу, Левич зашагал навстречу выскочившему из арки мажордому, ухватил его под локоть и принялся что-то нашептывать на ухо.

Я распахнул оказавшуюся незапертой дверь, заглянул внутрь и окончательно успокоился – подойдет.

Задрапированные простенькой однотонной тканью стены, туалетный столик, широкая кровать. Не иначе – гостевая.

Я махнул рукой развалившемуся на диванчике Валентину, и усач в один миг оказался рядом.

– Что нужно делать?

– Сейчас мальчишку вытащу, ты его за ноги примешь. И аккуратней, не сломай ему ничего!

– Все в лучшем виде сделаем! – фыркнул Дрозд.

– Ты напился уже, что ли? – пригляделась к нему Берта.

– Да все в порядке! Чего вы на меня наговариваете?

– Смотри у меня! – погрозил я усачу и предупредил: – Берта, как стукну, откроешь.

Сам заскочил в комнату, обошел экзорциста со спины и осторожно потянул на себя. Тот, как стоял – будто к доске примотали, – повалился назад, и мне с трудом удалось удержать его от падения, перехватив под мышки уже у самого пола. Тяжелый, зараза!

Попятился, стукнул пяткой в дверь и кое-как переступил через порог.

На помощь сразу кинулся Валентин, и в четыре руки мы под звон нашитых на кожаное одеяние серебряных колокольцев занесли паренька в соседнюю комнату. Там Дрозд наступил на край плаща и едва не завалил нас всех на пол, но устоял и, тяжело отдуваясь, спросил:

– На кровать его?

– Нет, отпускай.

Кое-как мы установили уподобившегося изваянию монаха на ноги, убедились, что он не упадет, и отошли к двери.