Цейтнот. Том 2

– Антона видел? – спросил я у Василя, который помог запалить папиросу водителю, после чего закурил и сам.

– Удрал, – сказал тот, выдохнул сизый дым и криво ухмыльнулся. – Всё простачка из себя строил, а как припекло, шанса не упустил.

– Ты о чём? – не понял я. – Договорились же дело замять?

– А как его замнёшь? – фыркнул Василь, вытянул ногу и принялся её разминать, после кинул взгляд на водителя и понизил голос. – Я Михея из табельного револьвера Антона застрелил, а из своего собственного Барчука подранил.

Чуешь, чем пахнет?

Я кивнул.

– Вот! И мало ли кто из соседей перестрелку с вохровцами видел? Тут кто первый доложит, тот и прав окажется.

– Ну да. Есть такое дело.

При подобном раскладе не упомянуть о случившемся в рапорте и в самом деле себе дороже выйдет. Ладно, если Барчук в бега подастся или пуля навылет прошла, а ну как нет? Вдруг он загнётся от кровопотери или решит действовать на опережение и заявит о нападении? Да и с Михеем не всё так гладко: после его вскрытия у следователей вопросы к Антону появятся, а через него они и на меня с Василем выйдут.

Тут на упреждение действовать надо.

Не иначе Антон всё это просчитал и предпочёл сделать ноги. Если он, конечно, в подбитом броневике не остался.

– Какого дьявола?! – ругнулся вдруг Грин, неуверенным движением смахнул с лица подтаявший снег и сразу охнул от боли. – Чёрт!

Он попытался усесться на лавочке, но непременно свалился бы с неё, не приди на помощь Василь.

Оперативник с трудом сфокусировал на том взгляд, после оглядел двор и невесть с чего протянул:

– А-а-а!

Василь на пару с водителем ввели его в курс дела, и Грин ещё немного посидел, зажимая ладонями голову, затем поднялся на ноги и покачнулся, но на сей раз сохранил равновесие без посторонней помощи, только вполголоса ругнулся.

– Идёмте! – позвал он нас и, пошатываясь, зашагал к выходу со двора.

Наобум мы действовать не стали и для начала затаились в подворотне, пытаясь оценить обстановку.

Перестрелка поутихла, но не сошла на нет окончательно, пехотинцы преимущественно заняли позиции на верхних этажах выходивших на перекрёсток домов и постреливали оттуда, да ещё продолжали время от времени бить артиллерийские орудия, только уже не по соседнему кварталу, а куда-то гораздо дальше.

Мы дождались мимолётного затишья и побежали вглубь квартала.