Путешествие в Ятвягию

– Что ж, пусть едут, – терпеливо ответил брат Тройденя.

Монахам помогли забраться, и ладья отошла от берега. На ней было два десятка хорошо вооруженных литовцев в одинаковых кольчугах и шлемах. Гаудемунда, приоткрыв завесу шатра, начала расспрашивать Патрика о его странствиях по Литве в годы правления Миндовга. Ирландец отвечал на все ее вопросы.

– …потом король Миндовг сам принял крещение, – вспоминал ирландец, – и в бытность мою там короновался, приняв корону и свое королевство от Римского Престола. Он завещал и своим наследникам поступать так же – лишь бы они проявляли к этому не меньшее усердие.

– Мой брат – поганец, – отрезал Сирпутий, – и другим уже не станет.

Гаудемунда попыталась смягчить его слова:

– Отец хранит веру предков, но он также хорошо относится к христианам. Ведь ни тебе, дядя, ни другим поверившим в распятого Бога он не чинит препятствий. Он даже не стал возражать против моего крещения, когда Болеслав посватался ко мне.

Сирпутий прищурил глаз и снисходительно отвернулся.

– Уверен, что ты будешь самой прекрасной невестой, какую видел Плоцк, – по-доброму улыбнулся Патрик, – и свадьбу твою запомнят на многие годы.

– Свадебный пир уже был, – опустила глаза польщенная Гаудемунда, – в Плоцке мы только обвенчаемся.

Тогда я стану законной супругой Болеслава и княгиней мазовецкой.

– Значит, вы праздновали в Литве?

– В замке моего отца в городе Керново. Отец настоял.

– Наверно, было много гостей?

– Да, очень много.

– Наверно, и князь Болеслав любит охоту?

– Да, мой муж сам забил зубра и трех вепрей. Он хоть и лехит, на охоте не уступал литвинам.

– Не сомневаюсь в храбрости твоего мужа. Лишь бы только долгое отсутствие правителя не нанесло ущерба его государству.

– Поэтому он и отбыл впереди нас, чтобы на быстрых конях раньше вернуться в свой город.

– Должно быть, его не было в Плоцке не меньше месяца?

– Пожалуй. Но у него верные бояре, на которых можно положиться…

– Гаудемунда, – прервал племянницу Сирпутий.

– Что, дядя?

– Не пристало девице рассуждать о мужских делах.

Княжна вздохнула и не стала перечить. Корабль медленно приближался к течению Вислы. Утро было ясное.