Размытые линии

Нетерпеливая Забира первой ворвалась в отсек, когда отворился люк, но сразу же остановилась. Второй вошла Шарлотта, но также замерла у входа.

Виктор протиснулся сквозь них и увидел Бао.

К этому моменту безопасник уже не кричал, а лишь стонал. Видимо все силы ушли на вопль, которым он надеялся привлечь других выживших.

Пол шлюзовой был липким от крови, которая натекла из-под лежавшего в углу человека в скафандре.

Вероятно, он не успел зафиксироваться, и когда началось вращение, его бросало то на одну, то на другую стену.

Но это было не самым страшным.

Корпус челнока при крушении в некоторых местах деформировался сильнее, чем сперва решили Виктор и остальные. Он не раз перевернулся, из-за чего из боковой панели вырвало несколько труб. Сейчас на несколько из них был нанизан Бао.

Мужчина чуть стонал, смотря на остальных полуприкрытыми глазами. Стекло гермошлема бликовало в скупом свете аварийно мигавших ламп, но было отчётливо видно, как на его лице слёзы смешались с разводами от масла и кровью от саднивших ран на лице.

Вероятно, шлем он надел после, найдя силы даже при страшном ранении. Даже в негерметичном костюме лучше, чем без него – от дыма никуда не деться, хоть его тут значительно меньше.

Рядом с ним лежал кусок тонкой трубы, на которой запеклись кожа и кровь. Виктор понял, что Бао схватил раскалённую трубу, расшатал и отломил её, а после стучал, несмотря на ожоги, пока они не добрались до него.

Стучал он по тем трубам, что торчали из его живота.

Шарлотта первой пришла в себя, подошла к Бао и присела рядом.

Она достала из сумки прибор – тот самый, которым всего десять минут назад проверяла Виктора, – и начала осмотр.

Закончив, она взяла Бао за руку и сказала:

– У него разрыв кишечника, множественные переломы и ожоги. Даже если бы вы срезали трубы, а я кое-как зашила бы ему кишки обратно – как порвавшийся мешок – сам идти он не смог бы, так как ноги перебиты. Но если всё-таки вытащим, то его сразу нужно оперировать, потому что он скоро истечёт кровью.

Бао, молча слушавший Шарлотту, перевёл взгляд на Виктора. Потом на него посмотрела Шарлотта. Затем к нему повернулась Забира.

«Теперь ты главный».

Виктор облокотился на какую-то панель и пытался скрыться от взглядов товарищей, не смотреть им в глаза. Они вопрошали, нет, они требовали от него решения.

Они могут оставить Бао тут, чтобы попробовать быстрее добраться до станции в старой шахте, откуда, возможно, приведут помощь.