Обитатели пустоты

Мужчина все еще пребывал в состоянии, словно через него пустили ток: тело билось от холода, голова гудела, а в ушах стоял искристый звон.

– Значит, мне подойти за телом сына к одиннадцати? – прозвучал голос Анжелы за спиной Родиона.

Мужчина вытер лицо полотенцем, посмотрелся в зеркало и после продолжительного молчания выдал:

– Простите, но нужно дождаться результатов анализа. Они будут не раньше полудня.

– Но вы говорили…

– Знаю, – протянул Родион. – Я думал, что они уже готовы. Как только я получу все результаты, то позвоню вам и сообщу, когда сможете забрать его.

Анжела записала свой номер телефона на обрывке тетрадного листа, предоставленного Родионом. Она замялась, скрыв застенчивость уставших глаз. В нервном приступе женщина занырнула в сумочку, висевшую на ее руке, и достала кошелек. Вынув из него купюру в две тысячи рублей, Анжела протянула ее Родиону и сказала:

– Спасибо!

– Это еще что? – спросил в растерянности врач.

– Вам… за работу…

– Мне не нужны ваши деньги! – с гневом в голосе отстрочил Родион.

Женщина хмыкнула, убрав деньги, после чего попрощалась и покинула холодные стены секционного зала.

За ней в помещение вошли двое мужчин невысокого роста. Их небритые лица выглядели хмурыми, но глаза сверкали в хмельной усладе. Один из санитаров подошел к Родиону, кивнул на тело Петра, лежавшее на холодильной полке, и спросил:

– Этого пакуем?

Родион в задумчивости посмотрел на труп и ответил:

– Нет, этот подождет.

– Забирайте тело Ионова и везите в макияжную. Как закончу с Гриневым, я дам знать.

Родион дождался, когда санитары вывезли тело Ионова и ушли. Он опять перенес жуткое недомогание, взял трость и подошел к окну. Открыв неширокую форточку, заглотил свежий воздух. Его не покидала мысль, что внутри него кто-то шевелится, щекочет грудную клетку и точно пытается поговорить с ним на необыкновенном скрипучем наречии.

Подойдя к зеркалу, он посмотрелся в него. Лицо выглядело измятым, словно он не спал неделю. Раскаленные глаза слезились, а под ними мешковатая кожа. Он взглянул на ногти, и тревога скользнула по сознанию. Если ранее под ними виднелись сиреневые точки, то теперь на их месте были уже пятна крупнее, но все того же цвета.