Непобедимое племя

Брэдли оперся спиной на скалу и держался за живот. Я прочел в его несчастных глазах всю боль, то, как он хочет выругаться, крикнуть, но этого делать нельзя. Он крепко держался.

– Что там? – прошептал он.

В эту секунду я разглядел тень, движущуюся вдоль стены. Сама пещера становилась ярче. Из нее вышла высокая фигура с лучиной в руке.

– Тсс, – ответил я.

Индеец пристально осмотрелся, затем повернул и направился вдаль от нас. За ним из пещеры вышли еще двое. Они несли тело убитого товарища. Когда все трое скрылись в чаще леса, я выдохнул и прошептал:

– Ушли!

– Куда? – спросил Брэдли.

– В другую сторону. Унесли того, которого ты огрел булыжником!

– Зачем?

Я задумался, снова выглянул из-за скалы, а затем ответил:

– Наисса!

– Что?

– На языке Аджа, похороны.

– Так и говори! – прошипел он и тоже выглянул. Через мгновение добавил: – Пошли!

Мы быстро перебрались через реку. Брэдли шел впереди, а я постоянно озирался и тяжело дышал. Мои колени тряслись, как ненормальные.

Я тщательно смотрел под ноги, чтобы не поскользнуться или не наступить на сухую ветку. Любой сильный шум мог выдать нас. Хоть рядом и водопад, но посторонний шорох всегда выделяется. Обычный человек может и не услышать его, но индейцы – другое дело.

Мы пробрались через заросли лещины и оказались на открытой местности. Широкую прерию освещал оранжевый диск луны, зловеще выглядывающей из-за облака. Брэдли неторопливо пробрался к роще, в которой оставил Сахара. Через минуту радостно, но вполголоса произнес:

– Живой!

Я тут же кинулся к нему.

Конь стоял на том же месте. Видимо, понимая всю опасность, не производил ни единого шороха. Да, это невероятно, но к Сахару даже волки не приблизились, хотя тело лошади, что валялось в нескольких метрах от нас, уже блестело белесыми костяшками.

Брэдли отвязал коня и передал мне поводья. Я посмотрел на него непонимающе, а затем кинул взгляд на морду Сахара.

– Ты поведешь, – тихо сказал Брэдли, держась за живот. – Я не ездок!

– Я тоже с ним не справлюсь!

– Справишься! – сказал Брэдли и кивнул на седло.

Я взобрался на коня с третьего раза. Вскарабкался и больной Брэдли. Он обхватил меня за талию, вымученно дышал над ухом. Я потянулся к поводьям и увидел впереди, в полуметре над землей два огонька – два жгучих волчьих глаза. При виде их Сахар панически заржал, встал на дыбы, едва не скинув Брэдли. Эхо разлетелось по сторонам. Он топтался на месте и не поддавался вперед.