Золотой дождик

Клянусь, её правда звали Роза, по крайне мере с незапамятных времён она говорила, что её так зовут. Я здоровался с ней уже лет 20, но она до сих пор не знала меня в лицо и как меня зовут, пара из её многочисленных кошек мяукала мне в ответ, а сама Роза осыпала их отвратительными оскорблениями, но как-то с любовью, она просто говорила.

Гардина зашевелилась, и мне помахала мама Никиты.

– Здрасьте, тёть Лиз!

Роза выбралась из своего гаража и стала рассыпать какую-то дрянь по пластиковым лоткам.

– Ты что, от родителей? – спросил Никита.

– Да. А что так заметно?

– Кофе будешь?

– Давай.

– И мне сделай.

– Ах ты шлюха.

– … Х…й лютой собаки! – заорала Роза и продолжила ходить по латкам.

Я взял его чашку и одну пластиковую для себя.

Весна наилучшее время для аренды великов. Никита завыл, что на починку уходит слишком много денег и его уже затрахало подписывать арендные листки. Это те листки, которых они распечатали целую кипу, куда вписывали данные велика и номер паспорта, который они брали в залог, что, на сколько мне известно, было незаконно.

– Знаешь, что я сделал? – он достал папку, – короче расставил даты без конкретного числа и несколько самых популярных номеров. Упорядочил всё, чтобы быстрее вписывать. Понял? Например, этот месяц я разложил сюда, а вот велики. Осталось только паспорт, и число, и время.

– А ты так не запутаешься?

– «А ПЫ НЕ ЗАПУПАБЭБЭ…?» – передразнил он меня, – нет конечно.

Я дал ему кофе и плюхнулся на диван. Здесь правда было жарко.

– Макс выступает где-нибудь?

– Завтра, с «таким-то».

– Кстати, ты видел новый концерт «такого-то»? Я кайфанул. Пипец он талантливый.

– Не видел, но он охрененно талантливый уёбок, может даже самый талантливый.

Он так и пошатывал ногами туда-сюда.

– Иди сюда. Иди сюда! Слезай оттуда мразота! – крикнула Роза. Но рыжая кошка с хвостом, и глазом не повела, так и продолжила оглядываться сидя на крыше.

– Я тебя поздравляю. А то как-то и не сказал сразу, за увольнение.

– Спасибо.

На улицу вышла тёть Лиза. Несмотря на то, что она с юга, она и каплей крови не разбавила светловолосого сына. Тот ошивался как приёмыш. Одной рукой она держала сигарету, пачку сигарет и зажигалку одновременно.

– Даня-Даня, какой ты!

– Здравствуйте.