Хроника Убийцы Короля. День первый. Имя ветра

А этот человек был один-одинешенек.

– Да, ребятки, далеконько мы забрались от цивилизации! Те, кому я нужен, мне не доверяют, а те, кто мне доверяет, не могут себе позволить мои услуги.

Старик заглянул в свой кошелек:

– Осталось полтора пенни, так что выбор у нас невелик. Что мы предпочтем: вымокнуть сегодня или остаться голодными завтра? Заработать тут не выйдет, так что придется выбирать: либо одно, либо другое.

Я высунулся из-за угла дома, чтобы прочитать то, что написано на боку старикова фургона.

«АБЕНТИ: НЕПРЕВЗОЙДЕННЫЙ АРКАНИСТ!

Писарь. Химик. Зубной врач. Непревзойденный пивец.

Редкие товары. Ищу воду с помощью лозы. Лечу любые хвори.

Отыскиваю потерянное. Чиню испорченное.

Гороскопов не составляю. Приворотными зельями не торгую. Порчу не навожу».

Абенти заметил меня, как только я показался из-за дома, за которым прятался.

– Привет! Чем могу служить?

– А у вас «певец» с ошибкой написано, – заметил я.

Он, похоже, удивился.

– Да это шутка такая, – объяснил он. – Я же не певец, я просто еще и эль варю временами.

– А-а! – кивнул я. – Понятно.

Я вынул руку из кармана:

– Продайте мне чего-нибудь на один пенни!

Его, похоже, разбирал смех и любопытство одновременно.

– А чего тебе надо?

– А лациллиум у вас есть?

За последний месяц мы раз десять ставили «Благородного Фариена», и в моей детской голове кишели интриги и убийства.

– Ты что, боишься, что тебя кто-нибудь отравит? – спросил он, несколько ошеломленный.

– Вообще-то нет. Но сдается мне, что, если ждать до тех пор, пока обнаружишь, что тебе нужно противоядие, добывать его будет уже поздновато.

– Ну, пожалуй, я бы мог продать тебе лациллиума на один пенни, – сказал он. – Это как раз будет нужная доза на человека твоего роста. Однако лациллиум сам по себе – опасная штука. Он помогает далеко не от всех ядов. А если принять его некстати, он может серьезно навредить.

– У-у, – сказал я. – А я и не знал.

В пьесе лациллиум фигурировал как надежная панацея от всего подряд.

Абенти задумчиво приложил палец к губам:

– А можешь ли ты пока что ответить мне на один вопрос?

Я кивнул.

– Чья это там труппа?

– Ну, в каком-то смысле моя, – сказал я. – Но вообще-то это труппа моего отца, потому что он там всем заправляет и решает, куда нам ехать дальше. И в то же время – барона Грейфеллоу, потому что он наш покровитель. Мы люди барона Грейфеллоу.