Хроника Убийцы Короля. День первый. Имя ветра

На миг он увидел скрытую под ним боль, кровавую, точно рана, – слишком глубокая, чтобы зажить. Потом Коут отвел глаза, и остался только гнев.

– Ну и что же вы мне можете предложить такого, что было бы сопоставимо с ценой воспоминаний?

– Все же думают, что вы умерли.

– Так вы что, до сих пор не поняли? – Коут покачал головой, не зная, то ли смеяться, то ли сердиться. – В этом-то и весь смысл! Если ты мертв, тебя перестанут искать. Старые враги не будут пытаться свести счеты. И никто не явится к тебе за легендами! – едко добавил он.

Однако Хронист не сдавался:

– Есть люди, которые утверждают, будто вы – миф.

– А я и есть миф, – беспечно сказал Коут с театральным жестом. – Такой особенный миф, который творит себя сам. Самые лучшие ложные сведения обо мне – это те, что придумал я сам.

– Они утверждают, будто вас никогда и не было, – мягко поправил Хронист.

Коут небрежно пожал плечами, его улыбка слегка поувяла.

Нащупав слабое место, Хронист продолжал:

– В некоторых историях вас изображают не более чем хладнокровным убийцей.

– Это тоже правда. – Коут повернулся и принялся протирать полку за стойкой. Он снова пожал плечами, уже не так беспечно, как прежде. – Мне случалось убивать и людей, и существа, которые были больше, чем люди. Все они этого заслуживали, все до единого.

Хронист медленно покачал головой.

– В этих историях говорится не о герое, а об убийце, наемном убийце.

Коут бросил протирать полку и повернулся спиной к залу. Он кивнул, не поднимая глаз.

– Некоторые говорят даже, будто это появился новый чандриан. Еще один ночной кошмар. И что волосы у него красны, как кровь, которую он проливает.

– Ну, все, чье мнение имеет значение, понимают разницу, – сказал Коут так, будто пытался убедить себя самого, однако голос у него звучал устало и безнадежно, и особой убежденности там не было.

Хронист хмыкнул:

– Ну да. Пока что. Но вам ли не знать, как тонка грань между истиной и убедительной ложью? Между историей и занятной байкой? – Хронист помолчал, чтобы дать Коуту время осознать его слова. – И вы знаете, что из них возьмет верх со временем.

Коут так и стоял лицом к стенке, положив руки на полку. Голова у него была слегка опущена, как будто на плечи ему лег тяжкий груз. Он молчал.