Два лика января

 – В случае чего Райдел подтвердит, что был с нами весь день и что мы не видели того грека. Впрочем… – Честер осекся. Только сейчас он сообразил, что после четверга, когда они уже не будут Макфарландами и у них появятся другие паспорта, отпадет необходимость в алиби.

– Так, значит, он не взял с тебя денег. Как благородно с его стороны! Видишь, твои подозрения оказались беспочвенными, – улыбнулась Колетта. Она села на постели, обхватив колени.

– Может быть.

Честер уже начал раскаиваться в том, что пригласил потенциального шантажиста – а Райдел еще мог оказаться таковым – сопровождать их в поездке.

Честер и сам должен был понять, что после четверга алиби ему больше не понадобится. Но почему же Райдел Кинер об этом умолчал? Ведь он очень толковый молодой человек и наверняка учел все. Честер посмотрел на просветлевшее лицо жены. От ее слез не осталось и следа. Он прошел к бюро, на котором стояла бутылка виски.

– Хочешь немного выпить?

– Нет, спасибо. От чего бы я сейчас не отказалась, так это от стакана молока.

– Заказать?

Честер поставил бутылку и направился к телефону.

– Не надо. – Колетта замотала головой и снова задумчиво уставилась перед собой. – Надеюсь, он получит что-нибудь с той тысячи.

– Почему это тебя волнует?

– Потому что он заслужил эти деньги и к тому же в них остро нуждается. Ты обратил внимание на его туфли?

– Да. – Честер отхлебнул виски и нахмурился. – Я только что подумал: после четверга у нас уже не будет нужды в его услугах, если, конечно, ничего не случится и мы не останемся без паспортов.

Тогда без него не обойтись. Нам придется заявить, что у нас их украли или что-нибудь в этом роде. Ты помнишь, он обещал подтвердить, что был с нами весь день?

Колетта слабо усмехнулась, и Честер почувствовал, что она поняла это раньше его. Он частенько замечал, что Колетта схватывает все гораздо быстрее. У нее был острый ум и тонкая интуиция.

– Он знает греческий, и это может нам пригодиться. Кроме того, он порядочный человек, ты мог в этом убедиться, Чес.

– Ты так считаешь? Будем надеяться. Выключить свет?

– Да. Он говорил мне, что родом из Массачусетса.

– Что с того? Я знавал достаточно проходимцев родом из тех мест.

– Но он не похож на проходимца. – Она уютно устроилась в его объятиях, положив голову ему на грудь.

– Ты же видела, как он одет.

– При чем тут одежда? У него приятные манеры. Наверняка он из бедной, но благородной семьи.

Честер снисходительно улыбнулся в темноте.