Ты лишь одна в ночи, в сиянье серебра

Женщина пригубила кофе и стала чувствовать, как ей становиться всё больше уютно и тепло среди этого мира, который она не успела познать, а он заставил её страдать.

Она смотрела на улицу, где не переставали сновать туда-сюда туристы и поняла, что здесь ей совершенно не хочется думать о жутком прошлом, она заново открыла для себя какой-то непонятный комфорт, и что она не жалеет теперь, что пробудет тут несколько недель, может даже пожалеет, что придётся возвращаться? Кто знает? Однако погрузившись в свои раздумья, она не видела, как пристально смотрел на неё торговец, в его глазах сначала читался шок, изумление, а потом необъяснимая радость, которую он ждал очень давно, но почему он сейчас это испытывал, пока знал только он и никто больше.

– Спасибо вам за всё, господин Абдалла, вы умеете возвращать утраченную людям радость. – Ласково пролепетала она на прощание.

– Но я не сделал ничего такого особенного, – Запротестовал он, – Погодите, у меня для вас будет один подарок.

– Но я не могу принять столь дорогой подарок и потом, вы меня совершенно не знаете, – Запротестовала со смущением женщина.

– Вам не о чем беспокоится или испытывать неловкость моя дорогая, – Опять запротестовал старый араб. – Вы достойны на много больше в этой жизни и скоро вы в этом сможете убедиться сами.

Парис вышла из ювелирной лавки и в более бодром настроении не спеша пошла по улице, в направлении к своему отелю. Стояла невыносимая жара. Дышать становилось всё труднее и труднее. Женщина стала всё чаще утирать с лица капли пота, стала идти всё быстрее, чтобы где-нибудь скрыться и тут неожиданно споткнулась о что-то и обнаружила, что её один из ярко-красочных сандалий абсолютно разорвался в мгновенье ока, да ещё так, что в нём абсолютно было бы невозможно дойти до отеля.

– Только не это! – Захныкала Парис и сняв с ноги уже непригодную обувь тут же опустила в ближайшую урну для мусора. Всё, теперь придётся идти абсолютно босой до ближайшего магазина. Горячая, раскалённая земля жгла ноги. Женщина тут же свернула в первую же попавшуюся лавку, где на витрине красовалась обувь и тут же стала лихорадочно искать подходящие сандалии, однако это оказалось куда не просто.