Серафим

Но потом я рывком села, и плед упал к талии. Укрыл ли меня мистер Олдерман перед уходом? Он ушел последним, и ни у кого больше нет ключа от моей квартиры. Накинув плед на плечи, словно плащ, я поплелась обратно внутрь. Я ожидала тишины, но меня встретил отчетливый звук чего-то шипящего. Мое сердце заколотилось, когда я пересекла гостиную и помчалась по короткому коридору в сторону кухни. Неужели кто-то воскресил Мими? Возможно ли вообще такое?

Мои ноги в носках заскользили, когда я резко затормозила. А потом сердце упало, словно брошенный пенни.

– Как, во имя пера, ты сюда попал? И что именно, по-твоему, ты делаешь?

Ашер оглянулся на меня через плечо.

– Я приземлился на балконе, где ты спала, и готовлю тебе завтрак. – Он собрал волосы в пучок и сменил замшу на белую футболку и джинсы, что делало его образ другим. Чуть более… человечным. Но я все еще не желала его видеть.

– Я не голодна.

– Мюриэль предупреждала, что ты так скажешь.

Мое сердце совершило медленный пируэт.

– Т-ты говорил с ней?

– Совсем немного.

Как несправедливо. Хотя мне очень хотелось расспросить об их разговоре, я жаждала, чтобы Ашер ушел.

Он выложил яичницу, затем пододвинул тарелку ко мне.

– Тебе нужно поесть.

Пока он рылся в каждом ящике на кухне, вероятно, в поисках столовых приборов, я уставилась на желтый холмик яичницы, желудок крутило, как падающее перо.

Плед… Должно быть, это он укрыл меня им.

Я сбросила ткань на том же месте, где стояла, и отступила.

– Раз уж ты нашел дорогу внутрь, то, несомненно, сможешь найти и выход.

Я развернулась, снова прошла через гостиную и направилась к себе в комнату. Я захлопнула дверь, испытывая огромное удовлетворение от того, с какой силой дерево ударилось о раму и как пронзительно щелкнула задвижка в замочной пластине.

После обжигающего душа я растянулась на шелковых простынях и схватила мобильный телефон, включив его впервые с пятницы. У меня было несколько пропущенных звонков, все от Джейса. Я не стала прослушивать голосовую почту, поскольку он завалил мой экран текстовыми сообщениями.

ДЖЕЙС: Пицца уже в пути. Где ты?

ДЖЕЙС: Фильм или сериал?

ДЖЕЙС: Селеста?

ДЖЕЙС: Пицца уже здесь.

ДЖЕЙС: Я в одних боксерах. Тех кошмарных, с твоим прекрасным ликом.

ДЖЕЙС: Если скоро не вернешься домой, я съем все лишние баклажаны с твоей пиццы.

ДЖЕЙС: Селеста, ничего страшного, если ты забыла обо мне и у тебя появились другие планы, но напиши, чтобы я знал, что ты в безопасности.