Его княгиня

Между тем человечка метнулась к двери и, кашляя, почти теряясь в сизых клубах дыма, заколотила по доскам руками и ногами.

– Эй! Выпустите! Боги проклянут вас за это!

«Не выпустят», – подумалось Таро, – «Михай не простит надругательства над его драгоценным членом».

– Замолчи.

Он судорожно просчитывал варианты развития дальнейших событий, и вопли вперемешку с мольбами о милосердии мешали.

– Ты что, не понимаешь?!! – она бросилась к нему, вцепилась в ворот старостиной свитки, – они нас сожгут! Заживо!

– Перестань!

Но из голубых глаз на него уже смотрело безумие, и Таро сделал то, что счел нужным: пару раз хлестко ударил ее по лицу.

– А теперь замолчи и дай мне нож.

Дыма становилось все больше, и в сознание тоненькой струйкой начала просачиваться паника. Вдруг не получится?

Он стиснул рукоять плохонького ножа, присел на корточки и, кашляя, начал вычерчивать тот узор, что намертво въелся в память.

– Что ты делаешь? – проскулила женщина.

– Заткнись и не мешай.

– Да ты просто безумец… Мы сгорим здесь оба…

– Не сгорим.

Хотя, положа руку на сердце, Таро вовсе не был уверен в удачном исходе событий.

Дуга. Еще дуга. Силуэт трилистника, почти идеальный в таких условиях. Где-то на границе слуха тихо плачет женщина. Трещит пожираемый огнем хворост. Последний штрих на земляном полу, влитая в нацарапанный узор собственная сила – и вот уже знакомое золотое свечение универсалей, в кои преобразован собственный резерв, пробивается из тонкого мира.

Только вот сил мало, так мало… Успеть бы выскочить из горящей избы, пока они не закончились.

Самому, не говоря уж о…

– Иди сюда! – крикнул он, выпрямляясь и отбрасывая нож, – быстрее, ко мне!

Самый обычный портал давался тяжело, выпивал его самого до дна, дергая невидимые струны в груди – вот-вот лопнут. Таро с трудом осознал, как метнулась к нему растрепанная человечка, обхватила руками за пояс, прижалась щекой к груди. Какая она все-таки маленькая, эта белобрысая княгинюшка. Он дернул на себя границу, соединяющую обычный мир и тонкое пространство, астрал.

Резко затошнило – такого никогда не было раньше. Таро вцепился в первую попавшуюся нить, и их потащило куда-то… Ну и пусть, главное – чтобы не упасть прямо на головы деревенским. Нить расширялась, пульсировала, медленно выливаясь в воронку. И он увидел заснеженный лес. Снова. Но в тот миг, когда они вывалились в сугроб, в груди полыхнуло болью – да так, что Таро и не понял, как провалился в кромешную темноту.